В своей колонке в La Vanguardia, опубликованной 21 июня 2026 года, британский журналист Джон Карлин подводит итоги американо-иранской войны, начатой президентом США Дональдом Трампом в феврале 2026 года. По словам автора, эта кампания обернулась для Вашингтона «беспрецедентной потерей доверия, престижа и союзников».

Как напоминает Карлин, Трамп объявил бомбардировки Ирана с целью свержения режима аятолл и уничтожения ядерной программы Тегерана. Однако, по данным аналитического центра International Crisis Group, «сильнейшая военная держава мира в кооперации с сильнейшей разведкой мира — израильской — не смогла достичь ни одной из своих стратегических целей против региональной державы третьего разряда». Авиаудары унесли жизни части руководства Ирана и более ста школьниц, но сам режим, пишет Карлин, лишь укрепился.

Ключевым итогом войны стало осознание Тегераном своего главного козыря — контроля над Ормузским проливом, через который проходит 20% мирового потока нефти. «Иран может перекрыть его в любой момент, как водопроводный кран, с катастрофическими экономическими последствиями для всех континентов», — отмечает колумнист.

По данным, приведённым в статье, на этой неделе (около 20 июня 2026 года) США подписали соглашение, по которому обязуются допустить свободную торговлю иранской нефтью, снять экономические санкции и выплатить Тегерану 300 миллиардов долларов репараций на восстановление страны. Первоначально Трамп требовал «безоговорочной капитуляции» Ирана; теперь, иронизирует Карлин, мы видим «безоговорочную капитуляцию США».

Автор ссылается на резкую критику со стороны американских консервативных журналистов, в том числе Марка Тиссена (The Washington Post), назвавшего выплаты репараций «планом Маршалла для нацистской Германии, оставшейся у власти», и Брета Стивенса (The New York Times), охарактеризовавшего итог войны словом «разгром».

Карлин подчёркивает, что главными проигравшими стали не только США и Израиль (чьи «особые отношения» с Вашингтоном стремительно ослабевают), но и сами иранцы: репрессивный режим в Тегеране, ненавидимый большинством населения, теперь получил и внешнюю легитимность, и финансовые ресурсы. По мнению автора, следующей целью администрации Трампа может стать Куба.