Профессор Нью-Йоркского университета и школы бизнеса Stern Йоханнес Стробель (Johannes Stroebel) на этой неделе побывал в Барселоне, где выступил в Cercle d’Economia и получил премию Calvo-Armengol — награду, учреждённую Барселонской школой экономики (BSE) и правительством Андорры. В интервью La Vanguardia, опубликованном 14 июня, он представил свою теорию экономической ценности дружбы.
Стробель разработал «индекс экономической связанности» (economic connectivity index), который оценивает, насколько тесно в обществе переплетены сети контактов богатых и бедных. Проанализировав массив данных социальной сети Facebook, исследователь обнаружил прямую корреляцию: в тех сообществах, где у малоимущих больше состоятельных друзей, межпоколенческая социальная мобильность вверх заметно выше.
«У бедного появляется доступ к информации и возможностям через дружбу с человеком из другого социального класса», — пояснил учёный. По его словам, богатые друзья могут подсказать, как подать документы в университет, помочь с практикой или первым местом работы. Однако важнее всего — влияние на убеждения и устремления: видя, чего достигли другие, человек начинает ставить более высокие цели.
Ключевыми факторами, способствующими межклассовой дружбе, Стробель назвал совместную среду (школа, район, церковь, спортивный клуб) и отсутствие «дружеского предубеждения» — ситуации, когда в одном учебном заведении дети разных доходов всё равно не общаются. Проблема особенно остра в больших городах: высокая плотность населения ведёт к фрагментации и образованию однородных по доходу подгрупп. В маленьких же городах и посёлках, по словам профессора, смешение происходит естественным образом — «богатые хотят играть в футбол, бедные тоже, а команда одна».
Среди факторов, снижающих барьеры, Стробель выделил школьную форму (внешне все выглядят одинаково) и занятия спортом в одном коллективе. В качестве положительного примера он привёл программу наставничества в Пало-Альто (США), где студентам из обеспеченных семей назначили в подопечные младшекурсников из малоимущих семей: успеваемость последних повысилась, а шансы на дальнейший успех выросли.
Особое внимание профессор уделил языковым барьерам, усугубляющим экономическое неравенство. Приводя примеры из Дубая и Барселоны, он отметил: «Я приезжаю в Барселону и спрашиваю: "На каком языке ты говоришь?" Я знаю: если ты говоришь на каталанском, ты немного богаче, чем если не говоришь. Когда языковые барьеры накладываются на экономические, преодолеть последние становится ещё труднее».
По мнению Стробеля, общества с высоким уровнем социального капитала и экономической связанности демонстрируют не только лучшую мобильность, но и более высокий уровень доверия к демократическим институтам. «Мы часто недооцениваем фактор дружбы, — заключил он. — Много говорится о физическом капитале, но настало время оценить капитал социальный».