Ровно через три дня, 23 июня 2026 года, исполняется десять лет с момента референдума, на котором 51,9% британцев проголосовали за выход из Европейского союза. Как напоминает редакционная статья La Vanguardia, опубликованная 21 июня, голосование поляризовало страну по возрастному и географическому принципу: молодёжь выступала за сохранение членства, британцы старше 50 лет — за выход, а Лондон, Шотландия и Северная Ирландия оказались в лагере «остаться», тогда как Англия и Уэльс выбрали разрыв. Политический развод вступил в силу 31 января 2020 года, завершив 47-летнюю историю отношений.

Спустя десятилетие последствия оказались далеки от обещаний сторонников выхода, во главе которых стоял Борис Джонсон с лозунгом «вернуть контроль». Вместо «Сингапура на Темзе» британская экономика столкнулась с серьёзным спадом. По разным данным, ВВП потерял от 6% до 8%, занятость сократилась примерно на 3%, производительность упала на 3%, а объём инвестиций бизнеса оказался на 12–18% ниже ожидаемой траектории. К этому добавились рост бюрократии, сокращение притока рабочих из ЕС, удорожание продуктов питания и хаос в транспортной системе. Новые торговые соглашения со странами вне Евросоюза не смогли компенсировать потерю объёмов торговли с Европой.

Согласно свежим опросам, 63% британских избирателей сейчас поддержали бы возвращение в ЕС — показатель, отражающий кардинальный сдвиг в общественном мнении. Парадоксальным образом, как отмечает издание, от разочарования населения выигрывает лидер правопопулистской партии Reform UK Найджел Фараж (Nigel Farage), один из главных инициаторов Brexit, которому удаётся набирать более 30% поддержки, канализируя недовольство миграционной политикой.

Ослабленное лейбористское правительство Кира Стармера, по сведениям газеты, не намерено пересматривать сам факт Brexit. Премьер-министр проводит линию на прагматичную корректировку отношений, сохраняя «красные линии» — отказ от возврата в единый рынок и Таможенный союз ЕС. Однако среди возможных преемников Стармера звучат иные мнения: бывший министр Уэс Стритинг (Wes Streeting) допустил возвращение в союз «когда-нибудь», а манчестерский мэр Энди Бернем (Andy Burnham) назвал Brexit «вредоносным», хотя и призвал не пересматривать его, а «смотреть вперёд».

Брюссель, в свою очередь, не проявляет готовности к форсированной реинтеграции Соединённого Королевства. Как резюмирует La Vanguardia, десять лет спустя будущее отношений Лондона и Брюсселя остаётся столь же неопределённым, сколь и шатким положение самого британского премьера, вынужденного балансировать между рынком бондов, инфляцией и напряжённой налоговой базой.