Бывший президент США Дональд Трамп лишил публику одного из самых узнаваемых элементов своей внешности — причёски с воздушной копной волос, которая, вопреки законам гравитации, держалась на лаке. Зато он подарил ей новый аксессуар, ставший его личной маркой, особенно после вторжения в Иран: бейсболку. Об этом пишет каталонское издание Ara Diumenge в аналитическом материале от 17 марта 2026 года.
Кепка, выполненная в цветах американского флага, несёт два варианта вышивки в зависимости от случая: «USA» и «Make America Great Again» (MAGA). Когда Трамп надевает красную бейсболку, он не просто повторяет предвыборный приём, а возрождает давнюю традицию — превращать головной убор в знамя, отмечает аналитик моды и трендов Сильвия Розес-Кастельсагер.
Как напоминает автор, древнейший прообраз такого символа — фригийский колпак в Древнем Риме, который вручали рабам при освобождении. Позже он трансформировался в красный колпак (bonnet rouge) Французской революции. Цилиндр буржуазии XIX века заявлял о классовой принадлежности, а в ответ рабочий класс принял плоские кепки из ткани. Берет Че Гевары на знаменитом снимке Альберто Корды 1960 года стал символом революционной борьбы, хотя гипертиражирование превратило его в поп-икону, эксплуатируемую капитализмом.
Бейсболка как таковая была создана бруклинской командой Brooklyn Excelsiors в середине XIX века — чтобы игроков не слепило солнце. Десятилетиями она оставалась чисто функциональным предметом, пока городская культура и хип-хоп не превратили её, особенно кепку New York Yankees, в глобальный знак культурной идентичности. В мире, требующем мгновенно считываемых сигналов, бейсболка стала идеальной поверхностью для любого сообщения — дёшево и просто в производстве.
Ковбойская шляпа, связанная с одним из основополагающих мифов США, могла бы послужить для выражения националистических идей Трампа — её использовали Линдон Джонсон, Рональд Рейган и Джордж Буш-младший. Барак Обама и Джо Байден тоже появлялись в бейсболках, но всегда в неформальной обстановке. Разница, подчёркивает автор, в том, что Трамп носит кепку не в бытовых ситуациях, а на политических сценах, как центральный элемент своей иконографии. Это последовательный жест в его понимании политики, построенной на лозунгах, мгновенных сигналах и коммуникации, работающей как бренд. Трамп предстаёт как поп-политик, конструирующий себя как продукт: его кепка — не просто символ поддержки, а предмет, созданный для продажи и извлечения прибыли. Если у Французской революции был колпак, заключает Розес-Кастельсагер, то у современной американской политики — мерчандайз.