05 июля 2026 года, 06:00

Авторская колонка Джона Уильяма Уилкинсона (John William Wilkinson), опубликованная в La Vanguardia, посвящена кинокартине Элиа Казана «Закон молчания» (On the Waterfront, 1954) — и затрагивает куда более широкий круг тем: от эпохи маккартизма до современной политической поляризации на Западе.

Уилкинсон начинает с наблюдения, что на стриминговых платформах ещё можно найти «кино других времён, часто чёрно-белое», которое впечатляет качеством игры, сценария и музыки. В качестве примера он приводит фильм Казана со сценарием Бадда Шульберга, музыкой Леонарда Бернстайна и звёздным актёрским составом: Марлон Брандо, Эва Мари Сейнт, Карл Молден, Род Стайгер и Ли Дж. Кобб.

Особую актуальность ленте, по мнению автора, придал недавний визит в Испанию папы Льва XIV. Как и обращения понтифика, фильм поднимает «неудобные вопросы морального свойства, которые мы обычно обходим стороной — то ли из-за нехватки времени, то ли убеждений, то ли из чистой трусости». Уилкинсон проводит параллель между «охотой на ведьм» сенатора Джозефа Маккарти и нынешней атмосферой в западных обществах, где политическая поляризация «стремится разделить нас на хороших и плохих, намеренно обходя любые моральные дилеммы».

Автор также отмечает, что в книгоиздании индустриальные интересы всё чаще берут верх над литературным качеством, и с приходом искусственного интеллекта ситуация лишь усугубится. При этом он указывает на растущий интерес в соцсетях (Instagram) к классикам — Достоевскому, Джозефу Конраду, Кафке, — которые ставят вопросы, актуальные и для современности.

Завершая колонку, Уилкинсон проводит аналогию между кинематографом 1950-х (вестернами и военными фильмами, где «все знали, кто хороший, а кто плохой») и нынешней политической повесткой. «Дональд Трамп — режиссёр и главный герой нового сериала, смешивающего вестерны и военные фильмы его юности, с неутешительными результатами, где он — единственный хороший, а все остальные — хуже некуда», — пишет автор. Он выражает надежду, что, если рейтинги этого «сериала» продолжат падать, мир сможет «вздохнуть и начать ставить моральные вопросы не только в чёрно-белых тонах, а используя все цвета радуги».