4 июля 2026 года. Иран провожает в последний путь верховного лидера аятоллу Али Хаменеи, убитого 28 февраля в результате атаки, которую Тегеран приписывает США и Израилю. Траурная церемония, начавшаяся в субботу, стала крупнейшей в новейшей истории страны. Однако за парадным фасадом похорон скрывается парадоксальная реальность: иранское общество переживает почти революционный социальный подъём, который власти уже не в силах сдерживать.

Как передаёт корреспондент La Vanguardia в Тегеране, за последние месяцы улицы иранских городов изменились до неузнаваемости. В центральных кварталах столицы молодёжь собирается у кафе с открытыми террасами — ещё недавно немыслимая картина. «Не думаю, что где-то ещё в мире можно увидеть очередь, чтобы попасть в кафе в десять вечера, как это бывает в Тегеране», — рассказывает бариста по имени Вита.

На смену подпольным вечеринкам приходят спонтанные уличные концерты: группы с электрогитарами и синтезаторами играют прямо на тротуарах, а прохожие — юноши и девушки вместе — танцуют и подпевают. Особенно поражает внешний вид молодых женщин: хиджаб всё чаще отсутствует, многие носят майки на бретелях и укороченные топы, открывающие живот. «Я смотрю на то, как одеты некоторые девушки на улице, и испытываю радость и страх за них. Но именно они указали нам путь», — признаётся 32-летняя скрипачка, попросившая назвать её Миной.

По её словам, несколько недель назад она решилась выйти играть на углу улицы без платка и в футболке. «Было такое чувство, будто я сама управляю своей судьбой. Мои отношения с городом изменились».

Этот сдвиг, поясняют собеседники издания, стал результатом нескольких факторов: война, длившаяся 12 дней, отвлекла внимание властей от повседневного контроля; страх смерти подстегнул жажду жизни; а правительство, стремясь сохранить социальную стабильность, было вынуждено закрывать глаза на нарушение строгих норм. Косвенно свою роль сыграло и движение «Женщина, Жизнь, Свобода», вспыхнувшее после гибели Махсы Амини в 2022 году.

Новая свобода захватила не только Тегеран — аналогичные процессы наблюдаются в伊斯фаханe и Мешхеде, городах с консервативными традициями. Там молодёжь заполняет не только кафе, но и парки и торговые центры.

При этом, как отмечает 27-летняя психолог Нушин, драматических перемен в законодательстве не произошло. «Многие активистки покинули страну или сидят в тюрьме, юридическая борьба почти остановилась, — говорит она. — Кажется, молодые женщины довольствуются свободой в одежде, которую уже завоевали». Однако бариста Вита смотрит на это иначе: «По крайней мере, мы отвоевали право, которое принадлежит нам по праву и которого у нас раньше не было. Эта перемена — наша победа».