Колумнист La Vanguardia Антони Пучверд (Antoni Puigverd) в своей статье от 29 июня 2026 года анализирует, как спорт превращается в одну из главных арен идеологической и культурной борьбы. Автор утверждает, что авторитарные режимы и правые популисты всё активнее используют спортивные ценности — дисциплину, выносливость, способность терпеть боль — как инструмент переформатирования общества, противопоставляя их «изнеженному» и «феминизированному» прогрессизму.

Особое внимание Пучверд уделяет президенту США Дональду Трампу, который, по его словам, привнёс в спорт принципиально новое идеологическое измерение. Трамп, как напоминает автор, ещё в бытность девелопером в Атлантик-Сити организовывал турниры по боксу и смешанным единоборствам (MMA). Сейчас этот подход достиг апогея: свой 80-й день рождения и 250-летие независимости США Трамп отметил зрелищным боём ММА в Белом доме. В главном поединке американец Джастин Гейджи (Justin Gaethje) одержал победу техническим нокаутом над бойцом Илией Топурией (Ilia Topuria) — по словам колумниста, секундант последнего сдался, чтобы избежать гибели спортсмена на ринге. Пучверд сравнивает происходившее с «цирком римской эпохи», называя Трампа «новым Калигулой».

Автор связывает растущую популярность UFC (Ultimate Fighting Championship), возглавляемой другом Трампа Даной Уайтом (Dana White), с культурным сдвигом в сторону «нового авторитаризма». Этот тренд, по мнению Пучверда, предполагает культ дисциплинированного, патриотичного, бескомпромиссного «мачо», равнодушного к чужой боли, и приходит на смену эпохе толерантности, защиты и эмпатии. Если раньше против подобных бесконтрольных боёв выступали такие фигуры, как герой Вьетнама и кандидат в президенты Джон Маккейн, то сегодня гуманистические ценности, резюмирует автор, постепенно отступают.

Пучверд проводит параллель с древнегреческими панкратионами — боями насмерть, где было позволено почти всё. По его словам, возрождение этой «крайней жестокости» идёт рука об руку с распространением в соцсетях сурового стоицизма (контроль над телом, накачка мышц, самообладание) и становится частью авторитарной повестки — в противовес культуре, которая десятилетиями считалась «материнской, защищающей, дозволяющей».