Авторская колонка в La Vanguardia, опубликованная 27 июня 2026 года, детально разбирает реальную стоимость возврата оккупированной квартиры на примере конкретного случая в Барселоне. Собственник сдавал квартиру площадью 80 м² за 550 евро в месяц. Арендатор платила чуть больше года, после чего перестала вносить платежи. Социальные службы признали её уязвимой — и, по словам автора, «испарились», даже не заметив, что женщина нелегально сдавала помещения в квартире «спальные места» по 400 евро за матрас.
Судебный процесс растянулся более чем на четыре года. Всё это время владелец продолжал платить налог на недвижимость (IBI), страховку, коммунальные счета и покрывать аварийные поломки. К ним добавились расходы на адвоката и прокурадора (судебного представителя). Когда суд наконец вернул ключи, внутри оказались вырванные двери, разрушенные санузлы, разобранная кухня, дыры в потолке, свисающие провода, непригодная мебель и восемь дополнительных зловонных матрасов.
Общая сумма потерь, по подсчётам колумнистки, составила не менее 20 тысяч евро. «Это не цифра, призванная кого-то впечатлить, — пишет Сусана Куадрадо (Susana Quadrado), редактор отдела общества La Vanguardia. — Она реальна, и её узнают слишком многие собственники, которые смогли вернуть жильё после отмены моратория на выселение уязвимых и возобновления замороженных на годы судебных процессов».
Автор подчёркивает, что защита действительно нуждающихся — обязанность достойного общества, но задаётся вопросом: почему эта поддержка ложится на конкретного владельца, которого никто не спрашивал, готов ли он нести такое бремя? «Удивляет не столько то, что растут цены на аренду, сколько то, что ещё находятся люди, готовые отдать ключи, — заключает Куадрадо. — Можно потерять пять лет, больше двадцати тысяч евро и в итоге получить квартиру бабушкиного наследства в руинах. И после этого мы спрашиваем, почему квартиры исчезают с рынка».