В Палау-де-ла-Музика-Каталана 18 ноября 2026 года прошла концертная версия оперы Георга Фридриха Генделя «Агриппина» — очередной опыт модернистского зала в жанре оперы без сценического воплощения. Однако, по мнению музыкального критика Jaume Radigales, этот выбор оказался неудачным сразу по нескольким причинам.
Как отмечается в рецензии, «Агриппина» была написана Генделем как прощание с Италией в типично венецианском стиле, где театральность заключена не только в речитативах, но и в ариях — более коротких и менее виртуозных, чем те, что композитор создавал позже для лондонского цикла. В концертном исполнении, без сценического действия, опера, по словам критика, становится труднопереносимой как по своей структуре, так и по внутренней динамике.
Особую критику вызвало прочтение дирижёра Тибо Ноалли (Thibault Noally) и его ансамбля Les Accents. Рецензент назвал его «плоским, лишённым театральной формы, маловообразительным и рутинным», особенно в первой, «невыносимо бесконечной» части. Вторая часть прозвучала несколько лучше, но без особого воодушевления.
Солисты также не смогли обеспечить однородно высокий уровень вокального исполнения. Единственной, кто оправдал ожидания, стала сопрано Юлия Лежнева (Julia Lezhneva) в партии Поппеи: критик отметил её «дерзкую виртуозность, музыкальность, драматическую интенцию и безупречный вкус в подаче и проекции звука». Меццо-сопрано Магдалена Кожена (Magdalena Kožená) в заглавной партии Агриппины, напротив, продемонстрировала потерю былых вокальных качеств — её голос, по словам рецензента, звучал «тускло и бедно», а неуверенность доходила до того, что певица сбивалась, даже имея перед собой партитуру.
Контратенор Кристоф Дюмо (Christophe Dumaux) в партии Оттона был признан корректным, хотя его вокальный тембр не обладал той привлекательностью, что в прежних выступлениях; при этом он оказался наиболее вовлечённым в театральную составляющую. Бас Николя Бройманс (Nicolas Brooymans) в роли Клавдия разочаровал — при уверенных нижних нотах его верхний регистр страдал от проблем с интонацией, а вокальная линия содержала «вульгарные решения». Остальные солисты были оценены как «корректные».
Таким образом, очередная попытка Палау-де-ла-Музика представить барочную оперу в концертном формате, по мнению критика, обернулась просчётом как в выборе произведения, так и в распределении исполнительских сил.