За последние несколько недель сразу два футбольных суперзвезды разделись перед камерами ради рекламы нижнего белья. В середине октября Ферран Торрес, игрок «Пари Сен-Жермен», стал лицом мужской линии IUMAN бренда Intimissimi. А 2 ноября Джуд Беллингем из мадридского «Реала» снялся в кампании Calvin Klein. Эти случаи — не единичные совпадения, а часть давно устоявшейся практики, за которой стоит целая эволюция спортивного маркетинга и представлений о мужском теле, пишет аналитик моды и трендов Сильвия Розес Кастельсагер в издании Ara Diumenge.

Корни явления уходят в античность. Для древних греков атлет был не просто спортсменом, а воплощением идеала человека, близкого к герою. Концепция kalokagathia предполагала равновесие между физической красотой и моральными добродетелями. Спортивные занятия проходили обнажёнными, что позволяло демонстрировать тренированную мускулатуру как знак совершенства. Само слово «гимнасий» происходит от греческого gymnos — «голый». Тело атлета было достойно восхищения, но не сексуализации в современном смысле.

В XX веке смысл сместился. В 1930-х годах бейсболист «Нью-Йорк Янкиз» Бейб Рут стал одной из первых спортивных суперзвёзд, рекламировавших нижнее бельё. Слоган «There is only one Babe Ruth» переносил исключительность спортсмена на продукт, позволяя потребителям символически присвоить частичку его престижа. Реклама тогда апеллировала к маскулинности, силе и физической выносливости.

Переломный момент наступил в 2008 году, когда Дэвид Бекхэм снялся в кампании Emporio Armani. Его тело стало главным аргументом продажи, затмив сам продукт. На чёрно-белых снимках с драматичным освещением не было ни поля, ни мяча — только скульптурная фигура, перекликающаяся с барочной иконографией и даже с гомоэротическими мотивами. Бекхэм не изобрёл сексуализацию рекламы белья, но закрепил образ футболиста как сексуального и коммерческого объекта глобального масштаба.

Криштиану Роналду развил эту модель: в 2010 году он снялся для Emporio Armani, а в 2013-м запустил собственную линию CR7 Underwear. Calvin Klein, в свою очередь, последовательно привлекает футболистов — среди них Вирджил ван Дейк, Сон Хын Мин, Трент Александер-Арнолд и Рафинья (у последнего в 2026 году вышло несколько кампаний).

Как отмечает Розес Кастельсагер, футболист давно перестал быть просто спортсменом: он превратился в объект желания, потребления и икону моды. Однако оборотная сторона этой тенденции — усиление эстетического давления на мужское тело, которое всё чаще должно соответствовать идеалу молодости, мускулистости, атлетизма и отсутствия видимых изъянов.