Согласно анализу, проведённому The Economist и опубликованному в La Vanguardia 16 ноября 2026 года, благосостояние поколения бэби-бумеров — родившихся с середины 1940-х до середины 1960-х годов — перестало расти относительно других возрастных групп, а в ряде стран начало снижаться. Исследование, охватившее 32 развитые страны, показывает, что в 26 из них доходы пожилых людей сокращаются по сравнению с доходами трудоспособного населения, а молодёжь начинает активнее накапливать богатство.
Долгое время считалось, что бэби-бумеры контролируют рынки: им принадлежат лучшие дома, значительная часть акций, они получают щедрые пенсии и пользуются многочисленными льготами — от бесплатного проезда в Лондоне для всех старше 60 лет до субсидируемых отпусков для пенсионеров в Испании и дополнительных налоговых вычетов для пожилых в США. Политики, зная о высокой явке старшего поколения на выборах, наперебой предлагали им новые привилегии. Однако, как отмечают авторы исследования, «мир уже прошёл пик влияния бумеров».
В США доходы пожилых людей не растут относительно доходов остального населения уже более десяти лет. В Великобритании, если бы тенденции 1990-х — начала 2010-х сохранились, пенсионеры сейчас зарабатывали бы на 10% больше среднего работника, но на деле они отстают на те же 10%. В Греции работающие граждане теперь получают почти на 20% больше пенсионеров. Даже в Бразилии, где ранее домохозяйства пожилых зарабатывали на 20% больше активного населения, ситуация выравнивается.
Одновременно молодёжь демонстрирует неожиданно хорошие результаты. Миллениалы в США — богаче любого предыдущего поколения в их возрасте, а поколение Z накапливает состояние ещё быстрее. Доля пожилых американцев старше 70 лет во владении общенациональным богатством (около трети) растёт медленнее, чем их доля в населении. На рынке жилья возраст среднего домовладельца в США перестал увеличиваться, а в Англии доля собственников старше 65 лет стабильна с 2017–2018 годов, что указывает на облегчение доступа молодёжи к жилью.
Среди причин сдвига — устойчивый рост экономики без синхронизированных рецессий за последние два десятилетия, что подстегнуло зарплаты, а также инфляция, ударившая по фиксированным пенсиям сильнее, чем по заработным платам. По данным Еврокомиссии, недавний кризис стоимости жизни затронул домохозяйства пенсионного возраста почти втрое сильнее, чем работающие.
Меняется и политика. Многие европейские правительства за последнее десятилетие либерализовали рынки труда, что выгодно молодым работникам, но делает пожилых более уязвимыми к увольнениям. Возраст выхода на пенсию повышается: в Италии за последние десять лет он вырос на четыре года для мужчин, а Китай в 2025 году впервые за 70 лет поднял пенсионный возраст. Государственные расходы на пожилых сокращаются относительно затрат на семьи и детей: в Италии соотношение упало с 15-кратного до менее чем 10-кратного, в США — с десятикратного до шестикратного.
Как заключает The Economist, «золотая эпоха пожилых людей может подходить к концу». Низкий рост экономик и высокая госдолг делают бесконечное увеличение пенсий невозможным, а низкая рождаемость заставляет правительства активнее поддерживать родителей. Впервые за десятилетия политики начинают признавать, что существуют не только для удовлетворения нужд одной возрастной группы.