Всеобщая забастовка, прошедшая в Испании 11 ноября 2026 года, собрала широкий спектр социального недовольства, однако её восприятие оказалось глубоко расколото политической поляризацией, пишет La Vanguardia. Аналитическая статья заместителя директора издания Лолы Гарсии проводит параллели между нынешней забастовкой и той, что прошла 14 ноября 2012 года, в разгар долгового кризиса и политики жёсткой экономии при правительстве Мариано Рахоя.
Как и 14 лет назад, ключевым триггером протеста стал жилищный вопрос. В 2012 году страну потрясли три самоубийства людей, оказавшихся на грани выселения, и тогдашнее правительство Рахоя (PP) и оппозиционный PSOE заключили соглашение о моратории на выселения для уязвимых семей с доходом ниже 20 000 евро — правда, с дополнительными условиями, такими как наличие на иждивении детей или пожилых родственников. Тогда на первый план вышла Plataforma de Afectados por la Hipoteca (PAH). Сегодня, отмечает Гарсия, ситуация иная: макроэкономические показатели Испании выглядят благополучно, но инфляция съедает рост зарплат, а молодёжь и люди среднего возраста не могут позволить себе покупку жилья и вынуждены арендовать по постоянно растущим ставкам. Лицом протеста стал Синдикат арендаторов (Sindicato de Inquilinas).
Непосредственным поводом к забастовке послужила гибель Марикармен Абаскаль (Maricarmen Abascal) после выселения из её дома. К призыву Синдиката арендаторов присоединились крупнейшие профсоюзы UGT и CCOO, чтобы не остаться в стороне от общественного запроса. Забастовке предшествовала серия отраслевых остановок работы в госсекторе: транспортники, медики, учителя и пожарные уже выходили на протесты.
Правительство Педро Санчеса заняло двойственную позицию: министры не участвовали в публичных мероприятиях, что было расценено как негласная поддержка забастовки, а сам Санчес назвал требования «справедливыми» и похвалил гражданскую мобилизацию. Оппозиция в лице PP, напротив, заняла жёсткую линию. Генеральный секретарь партии Мигель Тельядо обвинил профсоюзы в том, что они «проснулись от сиесты», чтобы оказать «последнюю услугу Санчесу». Глава Мадрида Исабель Диас Аюсо призналась, что лично просила лидера PP Альберто Нуньеса Фейхоо покончить с «профсоюзным мусором». Аккаунт партии в соцсети X распространил монтаж, изображающий профсоюзных деятелей, «закусывающих морепродуктами».
Автор статьи подчёркивает, что всеобщие забастовки по определению политичны, но нынешняя отличается тем, что была объявлена уже после того, как Санчес назначил дату досрочных выборов — 29 ноября 2026 года. Таким образом, забастовка неизбежно стала частью предвыборной кампании. PP называет её «превентивной» — направленной против возможного прихода консерваторов в Монклоа. «Примыкание или неприятие забастовки — ещё одно отражение идеологической и политической поляризации испанского общества, — пишет Гарсия. — Её цель — не изменить какую-то конкретную меру, и никто не верит, что она способна кардинально решить жилищную проблему. Но её неравномерное, хотя и широкое, распространение свидетельствует о глубинном недовольстве».
Особое внимание, по мнению автора, стоит обратить на отклик, который забастовка получила в Каталонии: 29 ноября станет ясно, существует ли корреляция между этой мобилизацией и голосованием на выборах.