После отставки Кира Стармера с поста премьер-министра Великобритании главным претендентом на его место стал Энди Бёрнэм (Andy Burnham) — популярный лейбористский политик, на прошлой неделе выигравший парламентское кресло на дополнительных выборах в округе Мейкерфилд. В центре политической дискуссии оказался не только сам Бёрнэм, но и город, где он был мэром почти десять лет — Манчестер, пишет в своей колонке для Diari ARA Дайан Койл, профессор публичной политики Кембриджского университета.

Большой Манчестер, известный своими футбольными клубами и музыкальной сценой, стал самым быстрорастущим регионом Соединённого Королевства. Сюда пришли значительные инвестиции, особенно в сферу профессиональных услуг и технологии. Возникли оживлённая ресторанная культура, яркая художественная сцена и привлекательная городская застройка.

Как возникла «модель Манчестера»

Основа успеха, получившего название «модель Манчестера», была заложена в 2009 году, когда Независимая экономическая комиссия Манчестера (в которой Койл состояла автором) представила семь аналитических докладов Казначейству Великобритании. Главный акцент был сделан на долгосрочных инвестициях в навыки — особенно для детей, — а также в транспорт.

Как отметил гарвардский экономист Эд Глейзер ещё в 2003 году, долгосрочный успех города зависит от способности отвечать на вызовы. Прочная основа человеческого капитала критически важна — как для этой способности, так и для возможности людей пользоваться преимуществами растущего города.

Вторым приоритетом стал транспорт: надёжное и доступное общественное сообщение помогает создать плотный рынок труда, где работники могут выбирать из большего числа потенциальных работодателей. Кроме того, комиссия выступала за возвращение региону полномочий в принятии решений и расходовании средств.

Два года спустя после того, как Бёрнэм стал мэром, Койл возглавила Независимую комиссию по процветанию Большого Манчестера, которая обновила экономическую оценку, добавив фокус на экосистему инноваций.

«Возрождение деиндустриализированного и депрессивного региона — это марафон», — подчёркивает Койл. Ещё до 2009 года поколение гражданских лидеров годами формировало коалицию за передачу полномочий городу. С тех пор все лидеры, включая Бёрнэма, придерживались единого набора политик — поразительная стабильность на фоне национальной политической нестабильности.

Критика и результаты

У стратегии есть критики, отмечающие контраст между блестящими небоскрёбами центра и неблагополучными окраинами. Однако консенсус сохранялся достаточно долго, чтобы укрепить основы роста.

Результаты говорят сами за себя: в Большом Манчестере — крупнейшая в Великобритании сеть легкорельсового транспорта, одна из всего восьми в стране. Регион стал первой территорией за пределами Лондона за почти 40 лет, которая вернула все автобусные маршруты под местный контроль — через так называемую Bee Network, запущенную Бёрнэмом в 2021 году. Местные автобусы составляют три пятых всех поездок на общественном транспорте в Британии. Помимо улучшения повседневной жизни жителей, манчестерские власти создали платформу роста, опирающуюся на университеты и инновационную экосистему.

«Это возрождение заняло десятилетия, но как только запустился добродетельный круг роста, прогресс ускорился и начал сам себя усиливать», — пишет Койл.

Применим ли манчестерский рецепт на национальном уровне?

По мнению автора, не во всём. Местные власти лучше, чем национальные лидеры, умеют определять нужды своего региона и создавать консенсус. Однако фундаментальные уроки — инвестиции в навыки населения, инфраструктуру и последовательную долгосрочную стратегию — вполне могут быть масштабированы. Как заметил один из героев Эрнеста Хемингуэя, банкротство происходит двумя путями: «постепенно, а потом — внезапно. То же самое относится и к процветанию», заключает Койл напоминанием о необходимости последовательной работы десятилетиями, чтобы однажды круг роста замкнулся.

Напомним, на дополнительных выборах в Мейкерфилде Бёрнэм набрал 54,8% голосов, уверенно опередив кандидата от Партии реформистов Найджела Фараджа. «Это последняя возможность измениться», — заявил он, обращаясь к Стармеру. Бёрнэм уже заручился поддержкой 81 парламентария, необходимых для формального запуска борьбы за лидерство в партии.