Что такое настоящая роскошь в гастрономии — банка чёрной икры за сотни евро или домашний бульон, сваренный из собственноручно выращенных овощей? Этим вопросом задаётся колумнистка Diari ARA Тринитат Жильбер (Trinitat Gilbert) в своей авторской колонке, опубликованной 8 ноября 2026 года.
Автор приводит две полярные точки зрения. Согласно первой, роскошь — это продукт, недоступный большинству кошельков и привезённый с другого конца света, например икра. Согласно второй, истинная роскошь — есть то, что ты сам вырастил, собрал и приготовил: ты точно знаешь, что ешь, и делаешь это в лучший возможный момент — когда продукт созрел. А если разделить трапезу с самыми близкими, роскошь становится абсолютной.
В поисках ответа Жильбер обращается к книге антрополога Марии Бельмонте (María Belmonte) «En tierra de Dioniso», где рассказывается, что в древности пурпурный цвет добывали из морского моллюска murex brandaris: одна капля красителя — и 250 тысяч убитых улиток ради 30 граммов пигмента. Так пурпурный платок становился предметом роскоши, двигавшим торговлю между Азией и Средиземноморьем с 900 года до н. э.
Журналистка провела импровизированный опрос среди знакомых. Самыми частыми ответами на вопрос о гастрономической роскоши оказались: бульон, эскуделья (escudella) и карн-д'ойя (carn d'olla) — традиционные каталонские супы. Генеральный директор фонда Alícia Тони Массанэс (Toni Massanés) добавил, что одно из исследований показало: у терминальных онкологических больных улучшалось состояние, когда они ели суп. «У них появлялось желание жить», — приводит его слова автор.
Другой распространённый ответ — фрукты, сорванные прямо с дерева, не побывавшие в холодильной камере: миндаль в июне, когда он ещё жидкий внутри, персик под листьями персикового дерева, фига под смоковницей. И наконец, третий вид роскоши — самому приготовить купленное на фермерском рынке, обдумывая рецепт по дороге домой, а затем разделить еду с близкими. «Готовить — значит любить», — заключает Жильбер.