Мадрид, 28 октября 2026 года. Испанский Сенат, долгие годы считавшийся второстепенной палатой, вновь оказался в центре политической борьбы. Редактор политического отдела La Vanguardia Сильвия Ангуло (Silvia Angulo) в своей статье объясняет, почему верхняя палата парламента приобрела решающее значение.

Как напоминает Ангуло, ещё десятилетия назад бывший мэр Барселоны Паскуаль Марагаль (Pasqual Maragall) предлагал перенести Сенат в каталонскую столицу ради децентрализации государства. Инициативу поддерживали другие мэры Барселоны, лидеры PSC и даже председатель правительства Испании Педро Санчес (Pedro Sánchez), однако дальше разговоров дело не пошло: палата осталась в Мадриде.

Отношение партий к Сенату радикально изменилось за последнюю легислатуру, когда Народная партия (PP) получила в нём абсолютное большинство. Через верхнюю палату консерваторы блокировали законы правительства, затянули рассмотрение закона об амнистии, инициировали парламентские комиссии по расследованию судебных дел — включая дело Кольдо и спасение авиакомпании Plus Ultra — и принимали резолюции против политики кабинета.

Теперь все партии просчитали расклад сил, чтобы набрать максимум влияния в «проснувшейся» палате. О совместном выдвижении договорились PSOE и «Френте Амплио» (Frente Amplio), на этой неделе союз с взаимными уступками оформили PP и Vox, а накануне в Каталонии заключили пакт PSC и «Комунс» (Comuns), решив сконцентрировать голоса и получить максимально возможное число мест для прогрессистов.

За партийным противостоянием стоит более принципиальная битва — за обновление судебных органов. После соглашения с Vox лидер PP Альберто Нуньес Фейхоо (Alberto Núñez Feijóo) заявил, что правые могут получить квалифицированное большинство в три пятых голосов, которого достаточно, чтобы обновить Конституционный суд: там истёк мандат четырёх магистратов — двух консерваторов и двух прогрессистов, — включая председателя Кандидо Конде-Помпидо (Cándido Conde-Pumpido). Такой шаг перевернёт нынешний баланс сил в суде. А в 2029 году предстоит выбрать десять членов Генерального совета судебной власти, назначение которых находится в ведении Сената.

«На кону слишком многое, чтобы считать Сенат второстепенным институтом», — заключает Ангуло, отмечая, что территориальная палата превратилась в одну из решающих площадок борьбы за будущий баланс властей в Испании.