Опубликованный 28 октября 2026 года анализ The Economist (перепечатан La Vanguardia) подводит экономические итоги президентства Дональда Трампа в преддверии промежуточных выборов в Конгресс, которые пройдут 3 ноября. Вывод авторов: вопреки обещаниям «золотого века» для простых американцев, выгоду от политики Белого дома получили прежде всего самые богатые семьи, тогда как беднейшие домохозяйства и средний класс несут ощутимые потери.
Перед выборами 2024 года Трамп обещал избирателям, что до «лучших рабочих мест, самых высоких зарплат и самого многообещающего экономического будущего, которое знал мир», остались считаные дни. Его рецепт — сочетание пошлин, снижения налогов и депортаций — должен был удешевить жизнь, вернуть блеск промышленному сердцу США и восстановить процветание среднего класса. 22 октября Белый дом заявлял, что политика президента повышает зарплаты и породила «бум рабочего класса». Экономика действительно растёт: в третьем квартале ожидается рост ВВП примерно на 3% в годовом исчислении. Однако, по оценке авторов, многие из тех, кому Трамп обещал помочь, оказались в проигрыше.
Главный удар пришёлся по повседневным расходам. По данным Федерального резервного банка Нью-Йорка, всеобщие пошлины подняли цены на потребительские товары примерно на 2%. Yale Budget Lab оценивает дополнительные расходы средней семьи в 1,1 тыс. долларов за год. Война с Ираном взвинтила цены на нефть, что, как ожидается, добавит к счетам домохозяйств ещё около 1 тыс. долларов до конца года. Противовесом служит флагманский налогово-бюджетный закон Трампа One Big Beautiful Bill Act: он увеличил налоговые возвраты в среднем примерно на 340 долларов и ввёл «счета Трампа», по которым новорождённым начисляется 1 тыс. долларов для инвестиций в акции. Но главные выгоды закона — за счёт снижения налогов — достались богатым, тогда как условия доступа к продовольственным талонам ужесточились: более 5 млн американцев лишились этой помощи, также ужесточены правила получения Medicaid.
The Economist объединил оценки влияния тарифов, роста цен на топливо и налоговой реформы на разные группы доходов в 2026 году. По этим расчётам, десятая часть самых бедных домохозяйств (средний располагаемый доход после налогов и трансфертов — около 37 тыс. долларов) потеряет почти 3% своих доходов. Самая богатая десятая часть (средний доход около 500 тыс. долларов), напротив, выиграет примерно 3%. Семьи в середине распределения со средним доходом около 100 тыс. долларов потеряют более 400 долларов. В расчёт не включено истечение расширенных субсидий Obamacare, одобренное республиканцами в Конгрессе при поддержке президента: по данным исследовательской организации KFF, из-за этого средняя премия индивидуальных полисов на рынках выросла почти на 800 долларов в год.
Остро стоит и жилищный вопрос. Ипотечные ставки, подогретые инфляционными эффектами войны в Иране, превысили 7%, из-за чего нынешние собственники не хотят переезжать. Новое строительство дорожает: в прошлом году застройщики оценивали, что пошлины на материалы добавят около 11 тыс. долларов к стоимости типичного нового дома. Жёсткая иммиграционная политика обостряет дефицит рабочей силы: по опросу Национальной ассоциации домостроителей в сентябре, затраты на труд выросли на 4,2% в годовом выражении. Как следствие, в мае продажи жилья начального уровня упали на 5,4% в годовом исчислении, тогда как продажи элитной недвижимости выросли на 6,2% (данные Zillow).
На рынке труда с января 2025 года практически весь рост частного сектора приходится на здравоохранение и соцпомощь — из-за спроса стареющего населения. Буму искусственного интеллекта обязаны около 180 тыс. новых рабочих мест в смежных с дата-центрами отраслях. В остальном занятость в частном секторе почти не изменилась: годовой рост зарплат замедлился с 4% до 3%, а с учётом инфляции реальная почасовая оплата труда оказалась на 0,7% ниже, чем год назад. Доля труда в несельскохозяйственном продукте бизнеса упала до минимума с 1947 года. Возрождение промышленности остаётся недостижимым: хотя производство выросло, занятость в секторе с января 2025 года сократилась примерно на 20 тыс. человек, а зарплаты рабочих не поспевают за инфляцией. В Северной Каролине, которую Трамп выиграл в 2024 году и где сейчас, похоже, в Сенат пройдёт демократ, за год исчезли около 9 тыс. промышленных рабочих мест.
Инвесторы могут праздновать: бум ИИ поднял индекс S&P 500. Но и здесь эффект крайне неравномерен: из увеличения американского богатства в акциях и фондах на 17 трлн долларов с конца 2024 года почти 90% досталось 10% самых богатых домохозяйств и лишь 0,6% — беднейшей половине населения, по данным Федеральной резервной системы.
Эти тенденции не остались незамеченными. Согласно свежему опросу Pew Research Center, почти две трети американцев считают, что экономическая политика Трампа ухудшила положение; так думают 35% республиканцев и тяготеющих к ним независимых — почти вдвое больше, чем в январе. Избиратели, сильнее всего задетые ростом цен на топливо и пошлинами (например, фермеры), склоняются к демократам. В ответ Трамп теперь обещает по 5 тыс. долларов каждому взрослому гражданину, если республиканцы сохранят контроль над Конгрессом 3 ноября, однако, как заключают авторы, это вряд ли успокоит избирателей, которые по-прежнему чувствуют себя брошенными.