22 октября 2026 года вышел большой материал La Vanguardia, посвящённый возвращению легендарного американского бренда DVF (Diane von Furstenberg) на подиум после десятилетнего перерыва. В сентябре марка открыла неделю моды в Нью-Йорке показом на эстакаде Хай-Лайн: в первом ряду рядом с основательницей дома Дайан фон Фюрстенберг сидела главный редактор американского Vogue Анна Винтур. За новую главу бренда отвечает креативный директор Генри Занков, возглавивший DVF в мае 2026 года.

Занков, переехавший в США из Санкт-Петербурга в девятилетнем возрасте, часто бывает на ферме Cloudwalk в Коннектикуте, где живёт 80-летняя фон Фюрстенберг. «Мы говорим о языке тела, обольщении, временах года, лунном цикле, о том, что всё в этом мире циклично», — рассказывает дизайнер. Он признаётся, что близок основательнице и по происхождению: отец Дайан вырос в еврейской семье в небольшом молдавском городке, а бабушка Занкова штопала дыры на свитерах, чтобы затем перепродавать их.

История бренда начиналась в 1974 году, когда культовое платье с запахом фон Фюрстенберг стало символом эпохи: к моменту переезда в Нью-Йорк принцесса уже нашла фирменный приём, который мгновенно раскупали. После спада в восьмидесятых марка вернулась в девяностые через лицензирование старых моделей, а в 2001 году Дайан продала компанию, выкупив её обратно в 2016 году — уже дешевле, после кризиса 2008 года. К тому моменту Занков два года работал в DVF специалистом по трикотажу, а в 2019-м запустил собственный одноимённый бренд и в 2024 году получил премию CFDA как выдающийся американский дизайнер-новичок.

Готовя показ, Занков отказался от идеи начинать с нуля. «Многие хотят всё стереть и начать заново, но здесь важно embrace то, что уже сделала марка, и завоевать ей место в настоящем», — поясняет он. Поначалу он не хотел показывать платья с запахом, считая это слишком очевидным, однако, проводя время с Дайан и архивом, понял: новое поколение как раз мечтает о них. «Это как подруги, которые висят у тебя в шкафу: можешь комбинировать их как угодно», — говорит дизайнер. Его взгляд разделяет и Том Форд, ещё в 2014 году заявивший в интервью The New York Times, что говорить о смерти платья с запахом — «всё равно что сказать, что умерли лоферы: на время оно уходит на второй план, но вернётся, ведь это базовая вещь». Занков сравнивает платье с сумкой Birkin и добавляет, что его задача — «оборачивать тело разными способами», а не изобретать крой заново.

Сам Занков называет себя частью волны нью-йоркских дизайнеров с сильным чувством сообщества — вместе с ним премии CFDA 2024 года удостоились Рейчел Скотт, Рауль Лопес и Вилли Чаваррия. «Мы моложе в наших бизнесах, не обязательно по возрасту», — замечает он и рассказывает, как коллеги помогают друг другу советом по бухгалтерии или логистике. Для него важно, чтобы DVF «вышла за пределы Хай-Лайн»: «Роскошь — это уже не многослойность и тяжёлые ткани. Это может быть просто лёгкое трикотажное платье или шифоновая куртка без подплечников».

Отдельное вдохновение Занков черпает в словах креативного директора Hermès Надеж Ванэ, недавно сказавшей в интервью Interview: «Меня передёргивает, когда спрашивают: „Кто твоя женщина?“ Это так нелепо… Единой женщины не существует, их много». «Женщина DVF многогранна. И, знаете, Дайан — она и есть главный источник вдохновения. Начало всего», — подытоживает дизайнер. Своей целью он называет новую аудиторию: «Нужно поколение, которое не застало марку, но сможет установить с ней эмоциональную связь и носить её». Знаком успеха он считает сообщение подруги-редактора Vogue после показа: «Теперь я могу быть девушкой DVF». «Именно это мы и хотели услышать», — заключает Занков.