В колонке, опубликованной в La Vanguardia 21 октября 2026 года, журналист Мариус Кароль (Màrius Carol) анализирует глобальный феномен роста популярности радикальных политиков. Автор отталкивается от наблюдения писателя и режиссёра Давида Труэбы (David Trueba), который с ностальгией вспоминает времена испанского перехода к демократии, когда политики ещё заботились о нюансах, умели договариваться и были более скептичны, чем сегодня.
Кароль отмечает, что тяга к радикалам и высмеивание «добреньких» — не локальное явление, а глобальный сдвиг. Если бы в последней трети XX века кто-то вышел на митинг с работающей бензопилой, распевая песни и показывая видео ядерных взрывов, его бы, скорее всего, отправили на принудительное лечение. Сегодня же такое поведение может привести в президентское кресло — как в случае с Хавьером Милеем (Javier Milei) в Аргентине, который, напомним, подарил бензопилу Илону Маску.
Социолог Хосе Антонио Марина (José Antonio Marina) в своей книге «La vacuna contra la insensatez» («Прививка от безрассудства») называет действующий механизм «теорией безумца» — трюком, который, по словам Генри Киссинджера, изобрёл Ричард Никсон. Суть в том, что люди верят любой угрозе, какой бы абсурдной она ни казалась, если её высказывает тот, кого считают безумцем. Кароль характеризует таких политиков как гениев архаичной политики, основанной на противостоянии «друг-враг»: они ищут игры с нулевой суммой, используют все доступные средства для удержания власти, мобилизуют эмоции, оправдывают ложь государственными интересами, питаются конспирологией и не чувствуют себя связанными собственными словами.
По мнению колумниста, Европа пока не дошла до такой точки, хотя «прогрессирует в нужном направлении». Садизм и жестокость всё чаще проявляются в повседневной политике, а дегуманизация оппонента стала нормой. Марина призывает избавиться от доверчивости и абсолютной власти, однако, заключает Кароль, уроки Просвещения остались далеко позади — и их точно нет в каталоге TikTok.