Группа археологов из Даремского университета (Великобритания) и Нью-Йоркского университета обнаружила мастерскую по производству фаянса в храмовом комплексе Санам в Напате — древней столице Нубии (территория современного Судана). Открытие, результаты которого опубликованы в журнале Antiquity, проливает свет на то, как правители могущественного, но малоизученного Кушитского царства использовали контроль над производством престижных предметов для укрепления своей власти.

Храм Санам был возведён в VII веке до н. э. фараоном Тахаркой — одним из самых известных царей Куша, который в VIII веке до н. э. завоевал и контролировал Египет. Сама мастерская, как установили исследователи, действовала примерно в середине VII века до н. э. В ходе раскопок, проводившихся с 2018 по 2020 год, были найдены три обжиговые ямы, два бассейна из сырцового кирпича, сотни бусин, морские раковины, производственные отходы и — самое примечательное — фаянсовая погребальная статуэтка ушебти (также известная как шабти), предназначенная для царского некрополя в Нури.

Фаянс — это глазурованная керамика, более тонкая, чем гончарная посуда, но не достигающая прозрачности фарфора. Его производство было вредным и дымным процессом. В Египте такие мастерские обычно располагались на окраинах поселений, в стороне от жилых и культовых зданий. Однако в Нубии мастерская находилась прямо у стен храма. «Было удивительно найти мастерскую такого типа так близко к религиозному центру, — отметил доктор Реннан Лемос, ведущий автор исследования из Даремского университета. — В Египте такие рабочие пространства обычно располагались на периферии поселений».

По мнению учёных, кушитские правители сознательно шли на неудобства, потому что размещение производства прямо при храме подчёркивало связь между ремеслом и царской властью. В Куше храмы играли центральную роль в государственной экономике и были неразрывно связаны с авторитетом монарха. «Эта находка доказывает, что храм Санам был не просто религиозным памятником, но и производственным центром, контролируемым государством», — подчеркнул Лемос.

Ещё одно важное отличие — технологическое. Египетские мастера использовали в качестве источника извести для изготовления фаянса известняк, который в большом регионе современного Судана встречается редко. Кушитские ремесленники нашли замену: они измельчали морские раковины, привезённые с побережья Красного моря, за сотни километров от долины Нила. «Наши открытия показывают, что кушитские мастера адаптировали технологии, вдохновлённые египетскими, к местным условиям, — пояснил Лемос. — Вместо того чтобы полагаться на известняк, они, судя по всему, использовали толчёные морские раковины. Это указывает на технологическую инновацию, а не на простое подражание».

Исследование позволяет по-новому взглянуть на природу Кушитского государства. Если в Египте власть традиционно основывалась на контроле над землёй и сельским хозяйством, то в Куше, как показывают находки, она зиждилась на контроле над производством предметов роскоши. «Это говорит о том, что государство контролировало не только производство престижных объектов, но и доступ к сырью, рабочей силе и знаниям, необходимым для их изготовления», — добавил учёный.

Ранее многие исследователи рассматривали Кушитское царство как бледную копию Египта. Новые данные опровергают этот упрощённый взгляд. «Наши результаты подчёркивают творческий потенциал и самостоятельность древних нубийских обществ. Они не просто заимствовали египетские культурные практики, а избирательно адаптировали чужие технологии и идеи, развивая собственные методы производства и создавая предметы, которые несли специфически нубийские социальные и политические смыслы», — резюмировал Лемос.