В испанских тюрьмах разрешённые способы связи с внешним миром — телефонные звонки, обычная почта, а иногда и нелегально пронесённые мобильные телефоны — нередко превращаются в инструмент преследования, шантажа и контроля над жертвами и их близкими. Об этом 14 октября 2026 года рассказывает La Vanguardia в материале криминального обозревателя Энрике Фигередо (Enrique Figueredo).

По словам автора, телефонные разговоры заключённых строго регламентированы, тогда как переписка по почте контролируется заметно слабее, и этим часто пользуются. Так, осуждённый за убийство на почве гендерного насилия Франсиско Сальвадор Гарсия Санчес (Francisco Salvador García Sánchez) отказывался признать разрыв с партнёршей, с которой познакомился в тюрьме, и забрасывал её письмами — от мольб он перешёл к открытым угрозам. Против него уже инициировано новое разбирательство, хотя он и так отбывает наказание.

Похожий случай — Алехандро Куартеро (Alejandro Cuartero), убивший семью бывшей возлюбленной в надежде, что она вернётся к нему за утешением. Приговорённый к 59 годам тюрьмы и запрету на контакты с ней, он через вышедшего на свободу сокамерника передал ей письмо с просьбой возобновить отношения, прислать локон волос и фотографию.

Отдельное внимание в статье уделено нелегальной связи. Мать убитого восьмилетнего Габриэля Круса (Gabriel Cruz) Патрисия Рамирес (Patricia Ramírez) выяснила, что признавшаяся в преступлении Ана Хулия Кесада (Ana Julia Quezada) готовит о себе документальный фильм с помощью предположительно тайно пронесённых в тюрьму телефонов — как утверждается, в обмен на сексуальные услуги. Рамирес передала сведения правосудию, а позже заявила об угрозах со стороны заключённой из-за срыва «телевизионного бизнеса».

В материале упомянуты и другие механизмы. Мария Хесус Морено (María Jesús Moreno), известная как Махе, из тюрьмы направляла сообщения своему любовнику и соучастнику убийства мужа Сальвадору Родриго (Salvador Rodrigo), чтобы тот взял всю вину на себя; он признался лишь после того, как узнал о её романе с другим заключённым. В понтеведрской тюрьме А-Лама (A Lama) сидельцы некоторое время пользовались телетекстом телеканалов для приёма и отправки сообщений, пока службу не заблокировали во всех устройствах учреждения. Кроме того, в отношении Росы Перель (Rosa Peral), фигурантки громкого «преступления городской гвардии» Барселоны, открыто дисциплинарное производство: экс-полицейскую подозревают в том, что через разрешённые семейные звонки она давала интервью СМИ и продюсерам документального фильма, вышедшего на Netflix. После этого её коммуникации ограничили.