13 октября 2026 года издание La Vanguardia опубликовало материал о лудомании среди пожилых испанцев: по данным первого исследования ESDAM, посвящённого поведенческим зависимостям у людей старше 64 лет, игровым расстройством может страдать около 1,3% населения Испании в возрасте 65 лет и старше. В центре публикации — история 81-летнего Анхеля Кабесаса (Ángel Cabezas), который играл в азартные игры 53 года подряд — с 19 до 72 лет, — а затем вступил в ассоциацию APAL по профилактике и помощи лудоманам. С тех пор он уже восемь с половиной лет живёт в ремиссии, а последние шесть лет работает монитором и координирует групповую терапию для других зависимых.

«Я начал играть в 19 лет и не останавливался до 72. Сейчас я восемь с половиной лет в ремиссии и прожил их невообразимым образом, но когда я входил в ассоциацию, у меня не было никакой веры в то, что я смогу вылечиться», — рассказал Кабесас. Он признаётся, что долгие годы считал свою тягу «пороком», а не болезнью, и называет лудоманию невидимой аддикцией: «Ты видишь человека, который пьёт в баре или колется на улице, и его зависимость очевидна, но ты проходишь мимо множества лудоманов и не замечаешь физических признаков их проблемы». При этом Всемирная организация здравоохранения классифицирует игровую зависимость как психическое заболевание — единственное аддиктивное расстройство без употребления психоактивных веществ.

По данным материала, пожилые люди особенно уязвимы к игровой зависимости: ещё в 2013 году в больнице Бельвитже (L'Hospitalet de Llobregat) 11% обращений в отделение патологического гемблинга приходилось на пациентов старше 65 лет, из них 83,7% играли в игровые автоматы, 44,2% — в бинго, а 17,1% — в казино. Согласно исследованию ESDAM, среди пожилых самым популярным форматом остаётся традиционная лотерея, за ней следуют мгновенные лотереи и тотализаторы, при этом очные игры заметно преобладают над онлайн-ставками. Вокруг этой аудитории вращается многомиллиардная индустрия: по оценкам, сектор азартных игр ежегодно привлекает около 12 млрд евро реальных расходов, что составляет 0,78% ВВП страны. «Вокруг нашего страдания стоит большое молчание, потому что многие живут за счёт этого бизнеса», — сокрушается Кабесас.

Хуан Ламас Алонсо (Juan Lamas Alonso), технический директор Испанской федерации реабилитированных игроков в азартные игры (FEJAR), очерчивает типичный портрет пожилого лудомана: это мужчина в возрасте от 60 до 72 лет со стажем игры более семи лет, предпочитающий игровые автоматы и несущий серьёзные психологические, социальные и семейные последствия. «Зависимость влечёт за собой очень крупные долги, потому что из-за прожитой жизни у этих людей больше имущества и капитала, чем у других поколений; не одно и то же, что может потратить пенсионер и что — студент», — поясняет Ламас. Он отмечает, что женщины составляют лишь 3% возрастных аддиктов среди клиентов FEJAR (объединяющей 26 региональных ассоциаций), тогда как среди молодых игроков их доля достигает 12% — во многом за счёт онлайн-ставок и спортивных пари.

Специалист добавляет, что у пожилых пациентов часто встречаются сопутствующие заболевания — табакокурение, алкоголизм, болезнь Паркинсона или деменция, а некоторые лекарства, например препараты от паркинсонизма, способны провоцировать обсессивно-компульсивные состояния, перерастающие в тягу к азартным играм. Нередко мотивация к лечению оказывается низкой: пациенты воспринимают своё состояние как хроническое и соглашаются лишь на «сокращение лет», а не на полную реабилитацию. FEJAR настаивает на комплексном биопсихосоциальном подходе — с участием психологов, социальных работников и врачей первичного звена, а также на работе с досугом: прогулки, экскурсии, соседские сообщества и культурные мероприятия.

Данные о последствиях игровой зависимости выглядят пугающе: лудомания более чем в 30 раз повышает риск суицидального поведения, а до 20% людей с тяжёлой формой патологического гемблинга предпринимают попытки свести счёты с жизнью. По словам Кабесаса, который посетил более 1 000 групповых терапий, рецидивы возможны даже спустя десятилетия — он лично знал людей, срывавшихся после 18 лет ремиссии. Он описывает три фазы аддикции: сначала игрок чувствует азарт и мечтает о богатстве, затем пытается отыграться и вернуть долги, а в финале «играет просто ради игры» — «игра завладела тобой, и именно в этот момент обычно приходит решение просить о помощи». «Реабилитированным пациентам нельзя играть ни во что — ни в дружескую партию, ни даже в простое лото», — предупреждает он. Сам Кабесас подводит итог своей истории так: «После 53 лет игры я снова начал жить — вернул себе страсть к чтению, свою фильмотеку, создал литературный киноклуб, который раз в месяц провожу онлайн, и снова радуюсь семье, внукам, правнукам и еде».