Десять лет спустя после миграционного кризиса 2015 года Европа вновь оказалась перед дилеммой: как реагировать на наплыв мигрантов, не жертвуя ни солидарностью, ни правовыми нормами. Ситуация в испанском анклаве Сеута, где этим летом произошёл массовый приток людей, показала, что недавно принятый Пакт Европейского союза о миграции и убежище фактически не работает, пишет в авторской колонке для Diari ARA Бланка Гарсес Маскареньяс, исследователь барселонского центра CIDOB.
По словам автора, кризис 2015 года стал поворотным моментом, породив страх перед новой волной миграции. Этот страх, отмечает она, провоцирует несоразмерную реакцию — вне зависимости от реальных масштабов явления. «С «Аквариусом» было 630 человек, 106 — когда судно прибыло в Валенсию, а в Сеуте люди всё ещё находились на африканском континенте», — напоминает Гарсес Маскареньяс.
Пакт о миграции и убежище, на согласование которого ушло десять лет, должен был стать общим ответом Европы. Однако, по мнению исследовательницы, уже через несколько недель после вступления в силу события в Сеуте показали, что «какофония остаётся оглушительной». Два эпизода иллюстрируют это: письмо 22 государств-членов ЕС (все, кроме Франции, Ирландии, Португалии и Люксембурга), в котором имплицитно ставится под сомнение контроль Испании над внешней границей, и решение Италии вновь ввести временный пограничный контроль с Испанией.
Как отмечает Гарсес Маскареньяс, правительство Испании постоянно призывало к «большей Европе», но само же первым ограничило европейское присутствие на своей границе. В 2020 году оно воспрепятствовало масштабному развёртыванию Frontex на Канарских островах, а в Сеуте отказалось активировать недавно утверждённый Регламент о кризисных ситуациях и форс-мажоре, который как раз и предназначен для таких случаев. Причина, по словам автора, в том, что регламент требовал предварительной оценки со стороны Еврокомиссии и Совета ЕС, подразумевал обвинение Марокко в инструментализации миграции и предусматривал индивидуальную регистрацию и процедуры защиты, которые испанские власти обошли, прибегнув к «добровольному возвращению» большинства мигрантов. «Меньше Европы — ради большей скорости и большей неформальности», — резюмирует исследовательница.
Более того, ни одно государство-член ЕС не потребовало применения Кризисного регламента. А Еврокомиссия, по словам её председателя Урсулы фон дер Ляйен, уже предложила новый инструмент, который позволит «защищать границы» в условиях «инструментализации миграции». «Пакт, который должен был стать великим решением, похоже, остался лишь бумагой», — констатирует Гарсес Маскареньяс.
Параллельно был принят новый Регламент о возвращении, предусматривающий, в частности, создание центров возврата в третьих странах. Единственным государством-членом, проголосовавшим против, стала Испания. Мадрид раскритиковал документ за риск нарушения фундаментальных прав и отсутствие амбиций по созданию подлинной общеевропейской системы возврата. «Больше laissez faire и меньше Европы», — подводит итог автор.
Проводя параллель с романом Дж. М. Кутзее «В ожидании варваров», Гарсес Маскареньяс предупреждает: империи, обезумевшие от страхов, которые они проецируют вовне, в конечном счёте гибнут на собственных границах.