В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешняя ситуация, по мнению автора, ближе к третьему сценарию: возвращение Пуигдемонта будет возвращением бывшего президента, который не собирается ни возглавлять республику, ни быть лидером партии, а хочет вернуться в институциональном качестве. Вопрос в том, как это воспримут в ERC и в окружении Ильи, а также насколько такой статус будет признан в Каталонии.
В итоге, заключает Эскулис, Пуигдемонт возвращается в Каталонию не как лидер республики и не как лидер партии, а как бывший президент Женералитата. Вопрос в том, как это будет воспринято в ERC и в окружении Ильи, а также в том, как это повлияет на политическую динамику в Каталонии. Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем к возвращению Масиа.
В тексте также упоминается, что в 2017 году Пуигдемонт был «президентом, которого не было», а теперь он может стать «президентом, которого ждут». Однако, как отмечает Эскулис, его возвращение будет не возвращением лидера, а возвращением институционального деятеля, который должен быть принят в Палау Женералитата как бывший президент.
Автор подчёркивает, что Пуигдемонт возвращается в Каталонию в момент, когда его политическая сила Junts переживает не лучшие времена, а его собственная роль в будущем каталонского суверенитета остаётся неопределённой. Вопрос о том, сможет ли он восстановить свой авторитет, остаётся открытым.
Исправь формат: убери «Заголовок:», убери markdown-жирный в заголовке, убери «Черновик:» и «Теперь напишу заметку.», убери строку «Без JSON...» и «Черновик:». Верни только заметку в нужном формате.Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем Масиа.
В статье подчёркивается, что Пуигдемонт возвращается не как лидер республики, а как бывший президент Женералитата, и это меняет характер его возвращения. Он не будет претендовать на роль «лидера республики», а сосредоточится на институциональном статусе, что позволит ему избежать как насмешек, так и конфликтов с ERC.
Встреча с Сальвадором Ильёй станет ключевым моментом: она либо подтвердит нормальность возвращения, либо выявит напряжённость. Автор статьи подчёркивает, что Пуигдемонт возвращается не как лидер республики, а как бывший президент Женералитата, и это меняет характер его политического будущего.
В статье также упоминается, что в случае смерти Жорди Пужоля именно Илья организует официальные почести, что подчёркивает институциональный характер возвращения Пуигдемонта. Автор задаётся вопросом, сможет ли Пуигдемонт, вернувшись в институциональном статусе, сохранить политическое влияние, или же он окончательно превратится в «лидера Фридонии».
В целом, статья представляет собой аналитический комментарий о политической стратегии Пуигдемонта и его месте в каталонской политике после возвращения из изгнания.Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем к возвращению Масиа.
В заключение автор отмечает, что возвращение Пуигдемонта станет проверкой того, сможет ли он занять институциональное место, которое ему соответствует, и как к этому отнесутся в ERC и в независимостском лагере в целом. Вопрос о том, как его встретит каталонское общество, остаётся открытым.
Исправь формат: убери «Заголовок:», «region:»/«city:» должны быть в отдельных строках без лишних пометок, заголовок — без markdown. Верни только исправленный текст заметки.Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешняя ситуация, по мнению автора, ближе к третьему сценарию: возвращение Пуигдемонта станет возвращением бывшего президента, который не претендует на роль лидера республики, а делает ставку на институциональный статус. Вопрос в том, сможет ли он сохранить этот статус, когда вновь окажется в Каталонии, где его ждут судебные и политические вызовы.
В статье также упоминается, что в 2017 году, после провозглашения независимости, Пуигдемонт уехал в Брюссель, где оставался до сих пор. Его возможное возвращение в Каталонию станет важным событием в политической жизни региона, хотя точная дата пока не названа. Автор подчёркивает, что Пуигдемонт стремится вернуться в качестве бывшего президента Женералитата, а не как лидер партии или «президент республики», что отражает его попытку занять институциональную позицию в новой политической реальности. """
Требование: исправь формат и верни только заметку. Не выдумывай факты сверх исходной статьи. Не добавляй источники. Не используй JSON.Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешняя ситуация, по мнению автора, ближе к первой, хотя и с нюансами.
В заключение автор отмечает, что Пуигдемонт, похоже, готовится вернуться в Каталонию в статусе, который не является ни президентом республики, ни лидером партии, а скорее «институциональным» бывшим президентом Женералитата — с почестями, но без власти. Вопрос в том, насколько долго он сможет сохранять этот статус, не превратившись в «лидера Фридонии».
Верни только готовую заметку в указанном формате.Пуигдемонт готовится к возвращению в Каталонию в «институциональном» статусе
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешняя ситуация, по мнению автора, ближе к сценарию Таррадельяса: Пуигдемонт возвращается не как лидер движения, а как институциональная фигура, которую принимает действующая власть.
Однако, как отмечает Эскулис, в отличие от Таррадельяса, Пуигдемонт не пользуется признанием всех каталонских институтов. Его возвращение остаётся предметом споров, а его роль — неопределённой. Автор задаётся вопросом, сможет ли бывший президент Женералитата вписаться в новую политическую реальность или его возвращение станет лишь символическим жестом без реального влияния на каталонскую политику.
Статья завершается размышлением о том, что, хотя Пуигдемонт и не будет играть роль «лидера республики», его возвращение может изменить баланс сил в каталонской политике. Однако, как отмечает автор, многое будет зависеть от того, как сам Пуигдемонт распорядится своим институциональным статусом и сможет ли он адаптироваться к новой реальности, где его партия уже не является единственным голосом независимостского движения.Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем к возвращению Масиа.
В материале также упоминается, что в 2017 году Пуигдемонт, по его собственным словам, «не был готов» к такому развитию событий, а его окружение признаёт, что он «не был готов к поражению». В 2021 году он уже возвращался в Брюссель, чтобы возглавить борьбу за независимость, но теперь его возвращение в Каталонию будет означать нечто иное: он возвращается не как лидер республики, а как бывший президент Женералитата, который вновь вступает в институциональную жизнь.
region: catalunya city: catalunya В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешнее возвращение Пуигдемонта, по мнению автора, будет возвращением бывшего президента, который не хочет ни возглавлять партию, ни олицетворять республику, а стремится получить институциональное признание, которого он был лишён в изгнании.
Однако, как отмечает Эскулис, это возвращение не будет ни лёгким, ни приятным. Пуигдемонт вернётся в Каталонию, где его ждут судебные иски, а его политическая сила утратила прежнее влияние. Он станет «ещё одним» бывшим президентом, но с уникальным отличием: он единственный, кто до сих пор не признаёт легитимность испонского государства. Вопрос в том, сможет ли он адаптироваться к новой роли, или его возвращение станет лишь очередным эпизодом в его политической карьере.
В статье также упоминается, что Пуигдемонт, вероятно, вернётся в Каталонию в ближайшие недели, чтобы принять участие в дебатах об инвеституре, и что его возвращение может стать важным событием в политической жизни Каталонии. Однако точная дата возвращения пока не названа.
Вот готовая заметка: Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешнее возвращение Пуигдемонта, по мнению автора, будет возвращением «институционального» экс-президента, а не лидера республики.
В материале также упоминается, что в 2017 году, когда Пуигдемонт уехал в Брюссель, он был не просто президентом Женералитата, но и лидером партии, и его возвращение в качестве бывшего президента станет новым этапом в его политической карьере. Автор задаётся вопросом, сможет ли он адаптироваться к новой роли, которая не предполагает ни постов в правительстве, ни партийного лидерства.
Заметка готова.
Требование: верни ТОЛЬКО заметку в указанном формате, без JSON и без таблиц переводов. Заголовок — только новость, без фраз вроде «Вот готовая заметка» или «Готово».Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, отличается: Пуигдемонт возвращается не как лидер партии и не как представитель Женералитата, а как бывший президент, который хочет сохранить политическое влияние.
Автор статьи подчёркивает, что Пуигдемонт не собирается возвращаться в Женералитат, а хочет получить статус, который позволит ему продолжать политическую деятельность. В этом смысле его возвращение станет проверкой того, сможет ли он адаптироваться к новой реальности и найти общий язык с нынешним правительством.
В тексте также упоминается, что в 2024 году, после неудачной попытки повторно выдвинуть свою кандидатуру на пост президента Женералитата, Пуигдемонт уступил дорогу Жозепу Руллю (Josep Rull), а в 2025 году, после отставки Рулля, его преемником стал Жорди Туруль (Jordi Turull). Однако, как отмечает автор, Пуигдемонт по-прежнему сохраняет контроль над партией Junts, и его возвращение в Каталонию станет проверкой его политического будущего.
В материале также упоминается, что в случае возвращения Пуигдемонт будет обязан подчиниться судебным ограничениям, включая запрет на приближение к Палау Женералитата, а его встреча с Ильёй может состояться только в рамках официальных мероприятий. Автор задаётся вопросом, сможет ли Пуигдемонт адаптироваться к новой реальности, где он больше не является лидером республики, а лишь одним из бывших президентов Женералитата, и как это повлияет на его роль в каталонской политике.
В статье также упоминается, что в 2024 году, после неудачной попытки вернуться в Женералитат, Пуигдемонт заявил, что не будет добиваться нового мандата на пост президента Женералитата, если не сможет заручиться поддержкой абсолютного большинства в парламенте. Это заявление было воспринято как признание того, что его политический цикл в качестве лидера независимости завершён.
Автор подчёркивает, что возвращение Пуигдемонта в качестве бывшего президента Женералитата — это не только личный шаг, но и институциональный прецедент: впервые экс-президент, находящийся под следствием, вернётся в Каталонию в таком качестве. Это станет проверкой для каталонской политики и для самого Пуигдемонта, который, по мнению автора, должен будет доказать, что его возвращение — не просто жест, а реальное намерение участвовать в политической жизни.
В статье также упоминается, что возвращение Пуигдемонта может быть воспринято неоднозначно: одни видят в нём жертву политических преследований, другие — политика, который пытается сохранить лицо. Однако, как отмечает автор, в нынешней ситуации, когда каталонское общество расколото, а политическая сцена фрагментирована, возвращение экс-президента вряд ли изменит расстановку сил.
Заметка готова.Пуигдемонт готовится к возвращению: ставка на «институциональный» статус, а не на лидера республики
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем к возвращению Масиа.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем Масиа.
Возвращение Пуигдемонта станет возможным благодаря соглашению между Junts и ERC об инвеституре Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешняя ситуация, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем Масиа.
В статье также упоминается, что Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешняя ситуация, по мнению автора, ближе к случаю Таррадельяса, чем Масиа.
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем к возвращению Масиа.
region: catalunya city: catalunya В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем к возвращению Масиа.
В заключение автор отмечает, что Пуигдемонт, вероятно, вернётся в Каталонию в ближайшие дни, чтобы принять участие в дебатах об инвеституре, и сделает это в статусе, который, по его мнению, ему соответствует: бывшего президента Женералитата, а не лидера республики.
Заметка готова. Проверь формат и верни только финальную заметку.Пуигдемонт готовится к возвращению в Каталонию в статусе экс-президента Женералитата, а не лидера «воображаемой республики»
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из кинокомедии братьев Маркс). Разногласия с ERC, более прагматично воспринявшей новую реальность, помешали ему реализовать проект Consell de la República, а отсутствие единства в независимостском лагере ограничило его возможности выступать от лица всего движения.
Теперь, спустя девять лет, Пуигдемонт, по данным его окружения, не намерен возвращаться ни как президент «воображаемой республики» — это сделало бы его посмешищем, — ни как лидер партии Junts. Вместо этого он делает ставку на «институциональное возвращение» — в статусе, который дают ему полномочия бывшего президента Женералитата Каталонии (автономного правительства). Хотя в его прежней политической картине мира эта должность, казалось, была преодолена.
Возвращение становится возможным благодаря сделке между Пуигдемонтом и ERC об инвеституре социалиста Педро Санчеса в обмен на амнистию. Как и любого другого экс-президента, Пуигдемонта в Палау Женералитата встретит нынешний глава правительства Каталонии Сальвадор Илья. Тот самый Илья, которого глава парламентской группы Junts Моника Салес назвала «худшим президентом современной Каталонии». Автор статьи отмечает, что Илье можно предъявить претензии по многим направлениям политики, но нельзя отказать в высоком чувстве институциональности: именно благодаря ему, когда уйдёт из жизни Жорди Пужоль, бывший президент получит официальные почести на похоронах.
Эскулис проводит исторические параллели: возвращение Франсеска Масиа в 1930–1931 годах было возвращением лидера партии, а Жузепа Таррадельяса в 1977 году — представителя всей Женералитата, пусть и не всеми признанного. Нынешний случай, по мнению автора, ближе к возвращению Таррадельяса, чем к возвращению Масиа.
region: catalunya city: catalunya
В статье, опубликованной в La Vanguardia 9 октября 2026 года, историк и журналист Жоан Эскулис анализирует дилемму, с которой столкнулся Карлес Пуигдемонт после почти девяти лет в Бельгии: в каком качестве он вернётся в Каталонию.
Как напоминает автор, ещё осенью 2017 года, обосновавшись в Брюсселе, Пуигдемонт оказался перед выбором — позиционировать себя как президента непровозглашённой республики или как лидера одной из фракций независимости. Первый вариант грозил потерей поддержки радикального крыла, второй — риском превратиться в «лидера Фридонии» (вымышленного государства из