Профессор Стокгольмского университета Карл Седерстрём (Carl Cederström), соавтор книги «Синдром благополучия» (El síndrome del bienestar, издательство Gatopardo), дал интервью каталонской газете La Vanguardia, в котором рассказал о том, как забота о здоровье, стремление к счастью и саморазвитие из личных желаний превратились в социальные обязательства. Материал опубликован 7 октября 2026 года в рубрике «La Contra».

Седерстрём, которому 46 лет, живёт в Стокгольме, недавно женился, имеет двух дочерей от предыдущего брака; у его супруги также двое детей. Вместе с коллегой Андре Спайсером (André Spicer) он исследует феномен, который авторы называют «синдромом благополучия»: общество всё настойчивее требует от человека быть здоровым, счастливым и постоянно самосовершенствоваться, а тех, кто не соответствует этим стандартам, подвергают моральному осуждению.

По словам Седерстрёма, корни явления лежат в сверхконкурентном капитализме, который заставляет каждого управлять собой как предприятием: «Мы должны показывать результаты, заботиться о себе и превосходить себя. Благополучие стало мерилом нашей личной ценности». Если человек не оправдывает ожиданий, в ход идут моральные ярлыки: тучному приписывают безволие, курильщику — безответственность, ведущему сидячий образ жизни — лень. В Великобритании, напоминает профессор, всерьёз рассматривалась возможность лишать пособий людей с ожирением, если они не посещают спортзал.

Особенно остро давление ощущается на рабочем месте. Компании внедряют программы «wellness», обязывают сотрудников носить фитнес-браслеты и отслеживать показатели сна и пульса. Седерстрём приводит пример шведского бренда одежды Björn Borg, где работники дважды в год проходили физические тесты и должны были достигать определённых «телесных целей» — например, пробежать марафон или добиться видимых кубиков пресса. Один из сотрудников, добившись рельефного пресса, был вынужден раздеться перед начальником для подтверждения. «Нет никаких доказательств, что марафон делает вас лучшим работником, но многие руководители в это верят», — отмечает Седерстрём.

Крайние меры доходят до отсева кандидатов на этапе найма: некоторые компании перешли от запрета курения на территории к запрету на самих курящих, выявляя их с помощью анализа мочи. Технологии стирают грань между личной жизнью и работой: «Вашему боссу есть дело до того, бегаете ли вы по воскресеньям, — и это проблема».

Отдельный аспект — «индустрия счастья». В корпорациях появились директора по счастью, офисы превращаются в игровые площадки, а работа должна казаться развлечением. Сам Седерстрём вспоминает, как для получения профессорской должности ему пришлось пройти обязательный педагогический курс, где пятнадцать академиков босиком изображали жизнь на ферме XIX века и доили воображаемую корову. «Если счастье становится нормой, то грусть, гнев или просто серьёзность начинают выглядеть как недостаток», — предупреждает он.

Исследования, по словам учёного, не подтверждают прямой связи между удовлетворённостью сотрудника и его продуктивностью. В одной британской сети магазинов наименее довольные работники приносили наибольшую прибыль, а другие эксперименты показывают, что злые люди лучше ведут переговоры и распознают обман.

Седерстрём подчёркивает, что одержимость индивидуальным благополучием уводит внимание от социальных проблем: «Практиковать майндфулнес может быть полезно, но помимо того, чтобы время от времени закрывать глаза, нужно их открывать и смотреть по сторонам». Здоровье, напоминает он, тесно связано с социальным классом, однако общество склонно превращать привилегию в заслугу, а социальные проблемы — в личную неудачу.