1 октября 2026 года в магазинах Zara в Мадриде, Лондоне и Париже стартовала продажа коллекции, созданной британским дизайнером Джоном Гальяно (John Galliano) для галисийской сети. Запуск сопровождался небывалым ажиотажем: у дверей выстроились очереди, многие позиции были распроданы за считаные минуты, а на сайтах перепродажи вещи появились по ценам вдвое выше розничных.
Как отмечает в своей аналитической статье для Diari ARA обозреватель моды Сильвия Розес-Кастельсагер, подобное поведение покупателей совершенно нехарактерно для Zara — бренда, ориентированного на массовую аудиторию. Однако коллаборация с Гальяно, чьё имя ассоциируется с миром высокой моды и роскоши, временно изменила правила игры.
Отличительной особенностью этой коллаборации стал необычный подход: Гальяно не создавал коллекцию с нуля, а переработал уже существующие вещи Zara, придав им свой узнаваемый почерк. В трёх физических точках продаж была воссоздана атмосфера люксового шопинга — с предварительной записью, ограниченным доступом, индивидуальным обслуживанием и продуманным упаковочным дизайном.
Автор проводит исторические параллели: в 1983 году американский дизайнер Халстон (Halston) рискнул выпустить коллекцию для сети универмагов J.C. Penney, что в итоге разрушило его карьеру — мир высокой моды воспринял этот шаг как обесценивание бренда. Совсем иначе сложилась судьба коллаборации Карла Лагерфельда с H&M в 2004 году: она положила начало новой эре сотрудничества люксовых дизайнеров с масс-маркетом, выгодного обеим сторонам.
Несмотря на внешнюю демократичность, Розес-Кастельсагер призывает не обольщаться: «Когда у нас возникнет ощущение, что роскошь стала доступной всем, вероятно, привилегированные классы уже будут осваивать новую форму дистинкции, а мы останемся на том же месте и на той же дистанции». По её мнению, индустрия люкса, переживающая глубокий кризис, не столько стремится к демократизации, сколько просто меняет кожу, избавляясь от ненужного балласта.