Колумнистка Miriam González Durántez в авторской колонке, опубликованной в La Vanguardia 29 сентября 2026 года, подвергла резкой критике политическую возню вокруг так называемой «ley de nietos» («закона внуков») — восьмого дополнительного положения закона 20/2022 о демократической памяти. По её словам, политики намеренно нагнетают шум, чтобы скрыть собственную некомпетентность и не допустить, чтобы граждане разобрались, «кто что сделал».

«Испанская политика открыла демократическую версию шума как инструмента социальной пытки», — пишет González Durántez. Она отмечает, что за годы — с 2007 года — через парламент прошло более тридцати процедур и голосований по расширению испанского гражданства для потомков эмигрантов, и каждый раз депутаты голосовали, «не зная и не учитывая» потенциальное влияние этих мер на избирательный реестр.

Особое возмущение колумнистки вызвал эпизод, когда через пять дней после принятия закона директор Генерального управления юридической безопасности (назначенец, чей брат является министром) выпустила инструкцию, признав, что закон «кажется направленным исключительно» на более узкий круг лиц, но решила трактовать его расширительно — как, по её мнению, «истинную волю законодателя». Никакой тревоги это расхождение не вызвало.

«Ни один гражданин не может быть уверен — ни при каком правительстве и ни в одном автономном сообществе, — что высокие должностные лица служат государству, а не партии, которая находится у власти», — заключает González Durántez. Она напоминает, что Конституция Испании требует от администрации «объективности» и полного «подчинения закону», а доступ к госслужбе — «по принципам заслуг и способностей», однако на практике система «кишит неконституционностями, которые никто не исправляет, потому что они выгодны всем партиям».

Напомним, что ранее в сентябре 2026 года Верховный суд Испании приостановил право голоса для лиц, получивших гражданство по «закону внуков», — до вынесения окончательного решения. По данным правительства, заявки на гражданство по этой норме подали 2,4 миллиона потомков испанских изгнанников; 544 722 заявки уже одобрены, 306 тысяч человек внесены в реестр испанских граждан.