Авторитетный испанский философ и социолог Даниэль Иннерерити (Daniel Innerarity) опубликовал заключительную, пятую часть своего цикла колонок об искусственном интеллекте в газете La Vanguardia. В статье, вышедшей 20 июня 2026 года, он размышляет о том, сохраняет ли смысл «право на человеческое решение» в условиях всё более автоматизированной среды, где ключевые решения всё чаще принимаются алгоритмами.

Иннерерити отмечает принципиальную разницу между тем, как принимают решения люди и машины. Алгоритмы, по его словам, хорошо справляются с задачами, где критерии чётко определены, поддаются количественной оценке и математизации. Однако они «с трудом справляются с двусмысленностью, полутонами и намёками, которыми пронизано человеческое общение — улыбками или молчанием, невербальными сигналами, которые в разных культурных контекстах означают разное».

Человек, напротив, обладает способностью решать так называемые «дикие проблемы» (wild problems) — плохо или слабо структурированные задачи, которых нет ни в одном из доступных алгоритмических репертуаров. Эволюционное преимущество людей, подчёркивает философ, в том, что мы умеем относительно неплохо принимать решения даже при дефиците информации — и при этом можем использовать технологии обработки данных, не жертвуя этой способностью.

Особое внимание Иннерерити уделяет политической сфере. «Политика появляется там, где, несмотря на всю изощрённость вычислений, мы оказываемся вынуждены принять решение», — пишет он. Решение, которое не предопределено неопровержимыми доводами или безошибочными технологиями. Алгоритмические процедуры, по мнению автора, могут снижать сложность, но вряд ли способны полностью устранить неопределённость, в которой принимается значительная часть политических решений.

«Окончательное решение должно оставаться за нами, людьми, если мы хотим сохранить право решать — суть демократии», — заключает Иннерерити. Философ ссылается на концепцию проблемно-ориентированного подхода к интеллекту (problem-solving idea of intelligence), восходящую к Алану Тьюрингу, и отмечает, что такая трактовка упускает из виду ключевую особенность человеческого познания — его универсальность и неспецифичность. В качестве примера он приводит AlphaGo (лучший игрок в го, но не умеющий больше ни во что другое) и переводчик Google (способный перевести роман, но не способный написать на него рецензию).