Перед испанской правовой системой вновь встаёт вопрос о пределах использования права помилования: эта мера, способная служить инструментом гуманности и примирения, всё чаще порождает споры о конфликте интересов и подрыве разделения властей.

Как отмечается в статье профессора Педро Гомеса Мартина-Ромо, опубликованной 21 сентября 2026 года в издании La Vanguardia в рамках читательской колонки, регулирование института помилования в Испании по-прежнему основывается на Законе от 18 июня 1870 года, принятом ещё до ныне действующей Конституции 1978 года. По мнению автора, столь устаревшая нормативная база создаёт почву для злоупотреблений.

«Помилование может быть инструментом человечности, примирения и исправления ошибок, но также способно превратиться в политический инструмент, порождать институциональные конфликты или создавать восприятие безнаказанности и фаворитизма», — пишет Гомес.

Особую остроту дискуссии придаёт гипотетический сценарий, при котором премьер-министр Педро Санчес мог бы помиловать свою супругу или брата в случае их осуждения. Законодательство Испании не содержит прямого запрета на помилование родственников, однако, как подчёркивается в статье, нормы об отводе, требование мотивации и судебный контроль могут сыграть решающую роль. Помилование в пользу члена семьи способно породить проблемы беспристрастности, целевого назначения акта и злоупотребления властью.

В качестве наглядных прецедентов автор напоминает о помиловании в 1998 году Хосе Баррионуэво и Рафаэля Вера, осуждённых по делу о «Группах антитеррористического освобождения» (GAL), а также о случаях с судьёй Хавьером Гомесом де Льяно и банкиром Альфредо Саэнсом. Верховный суд Испании установил, что правительство вправе смягчать наказания актом помилования, но не может использовать его для присвоения полномочий судебной власти или устранения юридических последствий, не являющихся собственно наказанием.

Международная практика также изобилует спорными примерами: в США Джеральд Форд помиловал Ричарда Никсона ещё до предъявления обвинений по «Уотергейту», Билл Клинтон — финансиста Марка Рича и собственного брата Роджера, а Джо Байден в 2024 году — своего сына Хантера. В Аргентине и Перу помилования, связанные с массовыми нарушениями прав человека, породили долгие дебаты о примирении и безнаказанности, а некоторые из них были впоследствии отменены.

Автор предупреждает и о риске появления «рынка помилований»: гражданин без ресурсов оказывается в заведомо неравном положении по сравнению с теми, у кого есть доступ к адвокатам, посредникам и политическим контактам.

Гомес призывает к пересмотру законодательства — в частности, к установлению более чётких ограничений в отношении определённых категорий преступлений, а также применительно к членам правительства, политическим представителям и их родственникам. В качестве ориентиров для реформы он называет опыт Германии и Великобритании, где существуют иные модели распределения и контроля права на смягчение наказания.

«Идеальная демократия не должна нуждаться в помилованиях, — заключает автор. — Но поскольку не существует совершенного общественного расчёта, а граждане участвуют в правовой системе не постоянно, вероятность устаревших законов, правовых пробелов и несоразмерных наказаний значительно возрастает. Помилование — это, по сути, стресс-тест для правового государства».