Мадрид/Барселона — 20 сентября 2026 года. В ходе судебного процесса над четырьмя полицейскими, обвиняемыми в том, что они выбили глаз активисту Рожеру Эспаньолу (Roger Español) резиновой пулей, произошёл инцидент, вызвавший возмущение в каталанском юридическом сообществе. Назначенная судом переводчица с каталанского на испанский оказалась не в состоянии перевести даже несколько простых фраз, в результате чего адвокатам, представлявшим каталаноязычную сторону, пришлось переводить свои показания самостоятельно или сразу переходить на испанский язык.

Как отмечает в своей колонке в Diari ARA писатель Себастья Алсамора (Sebastià Alzamora), этот эпизод нельзя считать анекдотичным — особенно в контексте политически чувствительного процесса, где потерпевшая сторона уже подверглась насилию по политическим мотивам и вынуждена вновь переживать травму, добиваясь справедливости. «Такое происшествие следует расценивать как дополнительную агрессию, которую всеми средствами следовало предотвратить», — пишет Алсамора.

По его словам, случившееся стало очередным проявлением давнего пренебрежения испанской судебной системы к языковому разнообразию — списки неуважительных решений и приговоров в отношении каталанского языка уже «бесконечны, неисчислимы и неприемлемы». Автор напоминает, что каталанский язык является наравне с испанским официальным языком государства, а не «соофициальным», как его иногда характеризуют, даже в каталанских СМИ, что, по его мнению, закрепляет подчиненное положение.

Сам процесс касается обвинений в адрес четырёх стражей порядка, которым инкриминируется причинение тяжких телесных повреждений активисту во время подавления протестов. Защита обвиняемых, по свидетельству очевидцев процесса, настаивает на том, что действия полиции были «абсолютно безупречными», ссылаясь на якобы агрессивное поведение независимстких демонстрантов. «Все знают, что это ложь, — подчёркивает Алсамора. — И вновь слышать этот фарс от государственных служащих — лишь углубляет раны, оставленные репрессиями времен Процесса». На данный момент остаётся неясным, удалось ли найти замену переводчику для продолжения разбирательства на должном уровне.