Журналист и писатель Ксавье Бош (Xavier Bosch) в своей колонке в Diari ARA от 18 сентября 2026 года поднял вопрос о цифровой зависимости, которая затронула не только подростков, но и взрослых. Поводом для статьи стали сразу несколько событий, свидетельствующих о масштабе проблемы.

Как сообщается в колонке, Европейская комиссия приняла решение ввести прямой запрет на использование социальных сетей для детей младше 13 лет. Для подростков от 13 до 15 лет предусмотрены ограничения: запрет на бесконечную прокрутку ленты (infinite scroll), время использования не более одного часа в день и обязательный контроль со стороны родителей. До 18 лет также планируется ряд дополнительных мер, которые ещё предстоит конкретизировать.

Бош также напоминает, что глава Meta (владелец Instagram и Facebook) Марк Цукерберг, по его данным, согласился выплатить 17 миллиардов долларов до начала судебного разбирательства, чтобы урегулировать иски, связанные с вызыванием зависимости у несовершеннолетних. «Если ты считаешь себя невиновным, ты не платишь такую астрономическую сумму превентивно», — отмечает автор.

В качестве иллюстрации Бош приводит историю 32-летнего каталонского документалиста Феликса Коломера (Fèlix Colomer), который два месяца назад полностью отказался от соцсетей. «Я замечаю, что то, что я делал раньше, теперь не могу. Раньше я мог работать четыре часа подряд, писать или монтировать видео, а теперь нет. Каждые двадцать минут, максимум полчаса, мне нужно заглянуть в телефон, посмотреть, что происходит, зайти в Twitter. Я стал гораздо менее продуктивным и эффективным», — приводит его слова Бош.

Автор колонки проводит параллель с результатами отчёта PISA, которые вызвали общественную тревогу из-за снижения уровня читательской грамотности. По его мнению, одной из причин этого стало повсеместное распространение «жвачки для мозга» — коротких, быстрых стимулов с платформ. «Мы настолько привыкли смотреть короткие вещи, что читать что-то длинное нам уже трудно», — констатирует Бош.

Главный вопрос, который он оставляет открытым: если для детей и подростков ограничения вводятся, то кто поможет взрослым, которые, по его словам, уже превратились в «цифровых зомби»?