В деревне Калумпанг в центральной части острова Борнео около 200 гектаров леса были вырублены в 2025 году в рамках государственной программы Индонезии по достижению продовольственной самодостаточности. На расчищенных землях планировалось выращивать рис, однако почва, состоящая в основном из кислых торфяников, оказалась непригодной для рисоводства. Спустя год поля остаются практически заброшенными, а местные жители лишились леса, который служил для них источником пищи и сырья.
Калумпанг — лишь один из эпизодов масштабной политики президента Прабово Субианто, который с октября 2024 года сделал продовольственную и энергетическую самодостаточность приоритетом национального развития. «Ни одна нация не может быть свободной, если не способна обеспечить свой народ продовольствием. Нация не может быть независимой, если её снабжение продуктами зависит от других стран», — заявил Прабово в январе 2025 года. Правительство ставит цель достичь 8-процентного ежегодного экономического роста за счёт снижения импорта и наращивания внутреннего производства.
Для реализации этих планов необходимы земли. Власти Индонезии определили 20,6 миллиона гектаров лесных территорий, которые могут быть использованы для проектов в сфере продовольствия, энергетики и водоснабжения. По данным экологической организации Auriga Nusantara, 8,8 миллиона из этих гектаров всё ещё покрыты естественным лесом. Джакарта заверяет, что не вся эта площадь будет вырублена, и каждый проект должен пройти экологическую экспертизу.
Государственная программа по созданию новых рисовых полей предусматривает освоение 455 тысяч гектаров, из которых около 33 тысяч имели лесной покров. На юге Папуа планы по производству риса и сахарного тростника могут затронуть до двух миллионов гектаров. В реализации проектов участвуют тысячи военнослужащих и полицейских, которые занимаются подготовкой земель, строительством дорог и каналов.
По данным спутникового мониторинга Auriga Nusantara, в 2025 году Индонезия потеряла 433 751 гектар леса — на 66% больше, чем годом ранее. Организация подсчитала, что более 78 тысяч гектаров вырубок связаны с программами продовольственной и энергетической самодостаточности.
Параллельно правительство форсирует программу биодизеля: в октябре 2026 года вступает в силу стандарт B50 — топливная смесь с 50% содержанием компонентов из пальмового масла. Джакарта рассчитывает, что это позволит сократить импорт дизеля и сэкономить государству около 170 триллионов рупий (примерно 10,5 миллиарда долларов) ежегодно.
К индонезийским лесам проявляет интерес и Япония, которая стала основным внешним рынком для древесных гранул из Индонезии, используемых на электростанциях, работающих на биомассе. Импорт японцами индонезийских пеллет вырос с 66 460 тонн в 2023 году до 402 310 тонн в 2025 году — более чем в шесть раз. Всего в Индонезии насчитывается не менее 45 концессий по добыче биомассы, занимающих свыше 750 тысяч гектаров.
У нынешней политики есть исторический предшественник: в 1995 году при режиме Сухарто был запущен «Мега-рисовый проект» — план превращения более миллиона гектаров тропических лесов и торфяников Калимантана в рисоводческую зону. Проект провалился через три года, а осушение торфяников привело к катастрофическим пожарам 1997–1998 годов, уничтожившим сотни тысяч гектаров.
Как отмечает автор статьи Жузеп Солано из Токио, Индонезия ищет в своих природных ресурсах способ уменьшить зависимость от внешнего мира, а Япония, напротив, нуждается в ресурсах других стран для собственного энергетического перехода. Часть этого спроса ложится на индонезийские леса. В Калумпанге лес исчез, а рис так и не был посажен.