В субботу, 13 сентября 2026 года, в разделе мнений газеты La Vanguardia вышла колонка Жоана-Пере Виладеканса (Joan-Pere Viladecans) под заголовком «Aquellas fotografías» («Те самые фотографии»). Автор с ностальгией обращается к эпохе, когда фотография ещё не обрела нынешнего статуса одного из визуальных искусств с мощным концептуальным и выразительным потенциалом, а служила сугубо функциональным целям.
«Фотография была эмоциональным средством связи между людьми. Подарком. Присутствием. Нотариальным актом любви, события, напоминания в случае разлуки. Семейного торжества. Почти межличностным приношением», — пишет Виладеканс. Он вспоминает времена, когда люди ходили в фотоателье, чтобы «сделать снимок», — с заранее размеченным оборотом для посвящения. «Моей единственной и истинной любви», «Моему дорогому папе в день его именин» — такие надписи, по словам автора, были типичны для той поры.
Особое место в колонке уделено атмосфере фотосалонов, которые колумнист сравнивает с «магическим миром, аттракционом на Тибидабо»: картонные задники, нарисованные пейзажи, драпировки, книги без страниц и целый реквизит для детских портретов — игрушки, тряпичные куклы, искусственный свет. «Атмосфера благостной таксидермии», — иронично замечает автор.
Виладеканс напоминает, что, хотя студийное фото и было более доступной альтернативой живописному портрету, оно оставалось ценным подарком. В те времена, преодолевая обычную стыдливость, женихи и невесты посылали друг другу свои снимки. «Романы, как известно, дерзки. Но фотографии остаются. А вместе с ними — часть семейной памяти», — заключает он, проводя линию от дагерротипа и раскрашенных вручную снимков до цифровой фотографии наших дней.