Журналистка и доктор социальной и культурной антропологии Нурия Алабао (Nuria Alabao) в авторской колонке на Diari ARA от 12 сентября 2026 года анализирует события, развернувшиеся на границе испанского анклава Сеута с Марокко. По её словам, тысячи людей — молодёжь и целые семьи — пересекли границу массово в одну из ночей, когда Марокко «просто не явилось» на свой пост контроля. Речь идёт о «временном крахе целого режима производства, отбора и управления мобильностью», как цитирует автор аналитика, писавшего под псевдонимом в журнале Zona de Estrategia.

Алабао напоминает, что до 1991 года марокканский гражданин мог въезжать в Испанию без визы, а экономическое положение Марокко тогда было хуже нынешнего — и никакого «миграционного кризиса» не существовало. Забор в Сеуте, который сегодня подаётся как нечто естественное, — административное сооружение всего четырёх десятилетий, чей главный продукт не порядок, а юридическая категория «нелегальный мигрант». По мнению автора, именно закрытая граница провоцирует массовые попытки пересечения.

В статье приводятся данные: 70 тысяч человек против 450 миллионов населения континента. Алабао отмечает, что все мигранты не обязательно стремятся остаться в Испании, а сам инцидент обнажает уязвимость внешней границы Евросоюза, делегированной третьей стране. «То, что произошло, — не столько миграционный кризис, сколько провал целого режима производства, отбора и управления мобильностью», — подчёркивается в тексте.

Событие уже имеет социальные последствия: дети спят и голодают на улицах, жители координируются через WhatsApp для «зачистки» города, происходят погромы под видом гражданских протестов. Упоминается восьмилетний Али, получивший удар дробью по голове, и угрозы ультраправых активистам в Сеуте. По данным колонки, кризис на границе поднимает рейтинги Vox и PP в опросах общественного мнения.

Алабао предупреждает: нативистский выход обещает переложить на мигрантов последствия затяжного кризиса, но не предлагает реальных решений — ни жилищного вопроса, ни повышения зарплат, ни дополнительного финансирования здравоохранения. «Без дешёвой рабочей силы этот континент не мог бы функционировать, кризис был бы ещё глубже, а общества — старше и печальнее», — заключает она.