Читательское сообщество La Vanguardia опубликовало материал авторства Инэс Роман, посвящённый одной из самых необычных улиц Абердина (Шотландия) — Густроу (Guestrow), чьё название, по одной из версий, происходит от старошотландского «Ghaistraw» и означает «улица духов» или «улица призраков».

Как рассказывает автор, Густроу — уникальное название, не встречающееся больше нигде в Шотландии. В XVII веке улица была значительно более важной, чем сегодня: на ней располагались доходные дома, епископальный молитвенный дом и Provost Skene’s House. Однако в ходе программ сноса, проводившихся в 1920–1930-х годах, большая часть старой Густроу исчезла — значительный её участок ныне находится под площадью Маришаль-сквер.

Особую известность Густроу приобрёл инцидент 1829 года, вошедший в историю как «Анатомический бунт» (Anatomy Riot). В то время в Абердине, как и по всей Шотландии, царила тревога, связанная с нелегальной добычей трупов для анатомических исследований — особенно после громкого дела Берка и Хэра в Эдинбурге. Когда по городу распространился слух, что преподаватель-анатом читает лекции в здании на Густроу и внутри якобы видели расчленённый труп, разъярённая толпа разбила окна, ворвалась в помещение и разграбила его. Для наведения порядка пришлось вызывать так называемых «таун-сержантов» (Town Sergeants) — городских стражников, выполнявших функции полиции до создания современной полицейской службы. Анатомический зал больше никогда не открывался.

Кроме того, как сообщается в статье, исследователи из Абердинского университета, работавшие со старинными городскими архивами, обнаружили документ начала XVI века, в котором упоминается аппарат для изготовления «аквавиты» (aquavite — «вода жизни», то есть виски), связанный с Эндрю Греем, капелланом церкви Святого Николая. Грей владел недвижимостью в этом районе, и учёные не исключают, что самогонный аппарат мог находиться именно на Густроу.

«Боже мой, сколько всего может скрывать крошечный клочок улицы, — пишет автор. — И подумать только, что эти фотографии пролежали у меня с 2020 года. Возможно, прежде мне нужно было перестать спрашивать себя, сколько я ещё пробуду в Абердине, и просто начать жить здесь — чувствовать себя частью города, ходить по нему по-другому и открывать все те истории, которые я годами фотографировала, не зная, что они скрываются прямо передо мной».