Бельгийский дизайнер Жан-Поль Нотт (Jean-Paul Knott), проработавший 13 лет в доме Yves Saint Laurent и основавший собственную марку четверть века назад, дал большое интервью изданию La Vanguardia, в котором подвёл итоги 25-летнего творческого пути и рассказал о своей философии вневременной и внегендерной моды.
Нотт, родившийся «по ошибке» в Бельгии в 1966 году и выросший в Конго, учился в Нью-Йоркском Fashion Institute of Technology, после чего работал с Krizia, Louis Féraud, Cerruti и Rive Gauche от Saint Laurent, а также создавал костюмы для балетов Мориса Бежара. В 2001 году он основал собственный бренд в Брюсселе, где по сей день живёт и принимает клиентов в своём ателье — неоклассическом особняке, оформленном в стиле боз-ар.
«Когда я ушёл от Saint Laurent, я не хотел делать то же, что и все. В то время всё сводилось к показам, а я ненавидел показы. Мне не нравится их нереальность: нельзя потрогать, нельзя почувствовать — можно только впечатлиться, и чем больше у тебя денег, тем более впечатлённым ты кажешься. Я точно знал, чего хочу: без возраста, без пола, без сезона», — объясняет дизайнер.
Нотт стал одним из пионеров гендерно-нейтральной моды задолго до того, как это стало трендом. По его словам, ещё в 1930-х годах Грета Гарбо стала иконой стиля, выходящей за рамки гендера, а в 1980-х мужская вечерняя мода двигалась в том же направлении. «Я никогда не хотел навязывать определённый образ жизни или способ ношения моих вещей», — подчёркивает он.
Свой первый день в ателье Saint Laurent в 1986 году, когда ему было 19 лет, Нотт вспоминает с волнением: «У меня дрожали ноги». Он начинал с лицензии на носки — единственной лицензии, которую Saint Laurent сохраняет до сих пор, поскольку она приносит огромные деньги. Затем, благодаря модели и музе Loulou de la Falaise, Нотт стал дизайнером коллекции prêt-à-porter Rive Gauche.
За 13 лет работы в доме Saint Laurent, по словам Нотта, «ни разу не было разговора о деньгах. Единственное, о чём нас просили, — создавать красивые вещи. Этот мир исчез».
Сейчас, оглядываясь на четверть века собственного бренда, дизайнер признаётся, что не чувствует ностальгии: «Если бы я мог выбирать, я бы вернул себе наивность, но я счастлив тому, чему научился». Он продолжает работать с небольшим набором базовых вещей, не меняя их радикально от сезона к сезону, и стремится перенести комфорт пижамы в повседневную одежду. «Настоящая роскошь — это красивая вещь, которую можно бросить в стиральную машину», — цитирует он Рэй Кавакубо из Comme des Garçons.
На вопрос о том, что такое красота, Нотт отвечает: «Это счастье. Когда кто-то улыбается — вот где красота».