Как сообщает La Vanguardia, минувшее лето 2026 года ознаменовалось уходом двух культовых фигур XX и XXI века — певицы Долли Партон и художницы Яёи Кусамы, а также, по мнению пользователей соцсетей, окончательной смертью понятия «chic». Долли Партон скончалась во вторник 25 августа. О смерти Яёи Кусамы было объявлено в четверг, 27 августа, хотя она ушла из жизни ещё 14 августа в токийской больнице. Почти одновременно с этим вирусный тренд «kinda chic» («вроде как шикарно»), заполонивший этим летом Instagram и TikTok, привёл к тому, что слово, некогда обозначавшее редкую элегантность, теперь стали применять к чему угодно — от повторения наряда до нанесения солнцезащитного крема.

Выражение «kinda chic» с жёлтой типографией и в формате карусели породило настоящий бум: по данным статьи, поисковые запросы взлетели на 5000%, а число публикаций в Instagram превысило 60 тысяч. Однако популярность сыграла с трендом злую шутку: как только крупные бренды — Boots, Virgin Atlantic и испанский Sevilla Fashion Outlet — подхватили формулу, она утратила ироничный подтекст и превратилась в очередной шаблон для подражания. Как писал ещё в 1856 году романист Чарльз Левер, chic — это то, что отличает вещь от всех её подражаний; это совершенство, которого нельзя достичь копированием. Спустя 21 год автор The New York Times уточнил: нечто chic может войти в моду, но следование моде никогда не делает человека chic.

На этом фоне уход Долли Партон и Яёи Кусамы, по мнению автора статьи Ракель Фернандес Собрин, становится горькой иллюстрацией того, что такое подлинный стиль. Партон, которой на заре карьеры советовали пригладить волосы и одеваться скромнее, на протяжении жизни намеренно выбирала «вульгарный» гламур — парики, стразы, облегающие платья и ярко-розовый цвет. «Её стиль взял символы обесцененной женственности и поставил их на службу себе», — писала о ней Глория Стайнем ещё в 1987 году. Сама Партон в 1995 году в эфире шоу Дэвида Леттермана шутила, что бухгалтеры не понимают, сколько стоит сделать её «такой дешёвой». Кусама, в свою очередь, стёрла грань между одеждой и искусством: точки из её детских галлюцинаций перекочевали на холсты, скульптуры, а затем и на неё саму. В 1969 году она открыла бутик на Шестой авеню в Нью-Йорке; среди моделей были провокационные наряды с вырезами и платье Party Dress на 25 человек. Позднее красный боб, платья в горох и коллаборации с Louis Vuitton сделали её внешность такой же узнаваемой, как её подпись.

«Удивительно, что Кусама называла часть своей практики "самоуничтожением" (Self-Obliteration), — пишет издание. — Она хотела растворить себя в бесконечном повторении точек, а в итоге построила одну из самых узнаваемых визуальных идентичностей последнего столетия». Партон действовала с противоположного конца: она добавляла высоту, волосы, блеск и юмор, чтобы «заполнить своё пространство». Обе не поддались давлению извне стать «меньше собой», и именно это, заключает статья, и есть подлинный chic.