23 августа 2026 года, Свольвер, Норвегия. Архипелаг Лофотен, расположенный за Северным полярным кругом, продолжает сопротивляться давлению нефтяной индустрии, сохраняя статус одного из последних заповедных уголков Европы, где рыболовство и туризм остаются основой экономики. По данным корреспондента La Vanguardia Рафаэля Рамоса, на протяжении всего XXI века норвежские правительства — под постоянным нажимом государственной компании Equinor (67% принадлежит государству) и иностранных корпораций — продлевали моратории на бурение и добычу нефти в акватории Лофотенских островов. С 2019 года при поддержке Рабочей партии в стортинге сформировалось устойчивое большинство за признание архипелага охраняемой природной зоной, однако окончательного закона, гарантирующего этот статус, до сих пор нет.

Речь идёт об огромных ресурсах: по разным оценкам, под дном вокруг семи островов (Ауствогёй, Вествогёй, Флакстадёй, Москенесёй, Гимсёй, Верёй и Руст) залегает от одного до трёх миллиардов баррелей нефти относительно лёгкого доступа — стоимостью примерно 60 миллиардов долларов. Для Норвегии, где нефтегазовый сектор составляет 20% ВВП и 45% экспорта, а страна обеспечивает 2% мировой добычи нефти и 40% потребностей Европы в природном газе, этот соблазн велик. Тем не менее, Лофотены пока остаются нетронутыми: белые песчаные пляжи, рыбацкие домики красного и оранжевого цветов, фьорды и величественные скалы привлекают около миллиона туристов в год — при том, что постоянное население архипелага составляет всего 24 000 человек.

Центральное место в жизни островов занимает треска. Уже более тысячи лет ловля этой рыбы, в особенности арктического номадного вида скрей (skrei), составляет основу хозяйства, культуры и быта лофотенцев. Каждую зиму косяки трески проходят до тысячи километров из Баренцева моря в тёплые защищённые воды архипелага — один из крупнейших рыбопромысловых районов мира. Местные жители подрабатывают, сдавая удочки туристам: улов настолько обилен, что рыбу видно прямо с палубы.

Экологи критикуют правительство Норвегии за двойные стандарты: Осло обещает достичь нулевого углеродного следа к 2030 году, субсидирует лесовосстановление в Бразилии, Либерии и Демократической Республике Конго, стимулирует покупку электромобилей (Норвегия — мировой лидер по их доле) и полностью обеспечивает внутреннее потребление чистой электроэнергией. Однако одновременно страна продолжает наращивать экспорт нефти и газа (только в Баренцевом море ещё не извлечены миллиарды баррелей), недавно открыла для разведки три ранее заповедные зоны в Северном море и обязалась сохранять добычу на уровне двух миллионов баррелей в день, оправдывая это войнами в Иране и Украине. В нефтегазовом секторе заняты 200 000 норвежцев.

На Лофотенах ситуация обостряется ещё и тем, что нефтеносные пласты залегают прямо под островами и рядом с крупнейшим в мире глубоководным коралловым рифом, а также со знаменитым водоворотом Москенестрёумен, упоминавшимся в романах Жюля Верна и Эдгара Аллана По. Пока, как пишет корреспондент, архипелаг напоминает стадион в Хеннингсвер — самый живописный футбольный стадион мира, где мяч улетает в бирюзовое море: игра между природой и нефтью продолжается, и счёт остаётся ничейным.