Журналистка Маргарита Пуиг (Margarita Puig) опубликовала 18 августа 2026 года в La Vanguardia колонку-эссе «Verdeazul» — о цвете, который невозможно назвать одним словом. Ни зелёный, ни голубой, а нечто среднее: verdeazul, цвет глубоких вод, оливковых рощ в сумерках и горизонта, который колеблется между морем и небом.
По словам автора, verdeazul — «цвет, не для нетерпеливых, который нужно разглядывать дважды». Он прячется в самых старых ставнях Кадакеса, в оконных рамах Прованса, в морских бликах, вдохновлявших Матисса, Моне, Соролью и бассейны калифорнийских картин Дэвида Хокни. «Это стеклянная жидкость, которую написали Моне и Соролья, и океан в своей коллекции мастерских мгновений», — пишет Пуиг.
Особое место в эссе занимает каталонское название этого оттенка — xarxet, в честь маленькой европейской утки с яркой маской на голове (чирок-свистунок). Пуиг отмечает, что у каждого языка свой подход: итальянцы говорят verde acqua, французы — vert d’eau, англичане придумали teal, а японцы веками использовали одно слово ao и для синего, и для зелёного (японские светофоры официально зелёные, но лингвистически — синие).
«Вердеазул — цвет без рода, о котором никто не может договориться, — заключает журналистка. — Цвет вечного лета».