История отношений Испании и Марокко насчитывает более полутора столетий непрерывных конфликтов — от первой войны 1859–1860 годов до недавней миграционной драмы на границе Сеуты и Мелильи. Как пишет Diari ARA в аналитической статье, опубликованной 2 июля 2022 года и вновь привлёкшей внимание на фоне гуманитарного кризиса в Сеуте, вооружённые формирования с территории Магриба являются теми иностранными силами, которые дольше всех воевали против испанской армии со времён Войны за независимость (1808–1814).

Первый крупный конфликт — война против рифских племён 1859–1860 годов — завершился победой Испании в битвах при Тетуане, Вад-Расе и Лос-Кастильехос. Именно из переплавленных марокканских пушек, захваченных при Вад-Расе, были отлиты два льва, охраняющие вход в здание Конгресса депутатов в Мадриде.

Однако последующие войны оказывали на испанскую политику разрушительное воздействие. Трагическая неделя (Setmana Tràgica) в Барселоне в 1909 году началась с протестов родственников солдат, мобилизованных для подавления восстания рифов, напавших на железные рудники, принадлежавшие крупнейшим состояниям полуострова. «Различные войны в Северной Африке смели целые испанские правительства», — отмечает издание. В 1920-х годах пали четыре кабинета при Альфонсо XIII (Альендесаласар, Маура, Санчес Герра и Гарсия Прието), что расчистило путь к диктатуре Примо де Риверы. Решающим фактором стала катастрофа при Аннуале (1921 год), когда во время второй войны в Рифе погибли, по разным данным, от 7 до 8 тысяч испанских солдат и местных союзников.

Почти все генералы-путчисты 1936 года — Эмилио Мола, Мануэль Годед, Кейпо де Льяно, Яге и Камило Алонсо Вега, а также сам Франсиско Франко — были ветеранами марокканских войн, известными как «африканисты». Именно в Сеуте был создан первый батальон Испанского легиона. В годы Гражданской войны и первые десятилетия диктатуры Франко неизменно появлялся в окружении «Мавританской гвардии» — бойцов из Марокко.

После обретения Марокко независимости отношения между Франко и королём Хассаном II оставались напряжёнными. Возвращение Испанией колонии Ифни в 1969 году не удовлетворило амбиций монарха, стремившегося к аннексии Западной Сахары с её фосфатными месторождениями. Воспользовавшись агонией диктатора и поддержкой США, Хассан II организовал в 1975 году «Зелёный марш», собрав около 350 тысяч человек на границе. Испанское правительство, находившееся под внутренним и внешним давлением, предпочло оставить последнюю колонию.

Сахарский конфликт стоил кресел по меньшей мере двум министрам иностранных дел Испании. Хосе Мария Кастиелья был вынужден уйти в 1969 году после того, как жёсткие круги режима во главе с Карреро Бланко сочли его «малодушным» в вопросе самоопределения Сахары. А спустя 53 года Аранча Гонсалес Лайя лишилась поста из-за скандала вокруг госпитализации лидера Полисарио в Ла-Риохе — это спровоцировало дипломатический кризис, отзыв посла Марокко и штурм 8 тысячами мигрантов заборов в Сеуте при попустительстве марокканской жандармерии.

Посол вернулся в Мадрид лишь после того, как председатель правительства Педро Санчес признал марокканский план автономии для Западной Сахары, вызвав гнев Алжира. Взамен он получил обещание Рабата ужесточить контроль за миграцией. Этот контроль, по данным издания, обернулся массовой гибелью людей в Надоре в день Святого Хуана (24 июня 2022 года), когда при попытке пересечь границу погибли десятки мигрантов, спровоцировав очередной политический кризис в Испании.

Отдельной страницей стала «война Маргальо» (1893–1894) — конфликт, названный по имени генерала Хуана Гарсии-Маргальо, прадеда будущего министра иностранных дел Испании Хосе Мануэля Гарсии-Маргальо. В 2002 году премьер Аснар разжигал патриотические настроения «отвоеванием» ВМС Испании необитаемого острова Перехиль, занятого марокканскими жандармами. «Магриб представляет собой с середины XIX века постоянную боль в животе для мадридских правительств», — заключает ARA.