В преддверии полного солнечного затмения, которое в ближайшие дни будет видно в Каталонии, издание Diari ARA публикует масштабный материал о том, как человечество на протяжении тысячелетий воспринимало это астрономическое явление — от мистического ужаса до точного научного прогноза.

Автор статьи, журналист Ксавье Дуран, напоминает, что ещё в VII веке до нашей эры халдеи установили так называемый сарос — период в 6585,3211 дня, через который повторяются затмения благодаря совпадению трёх лунных циклов. Древнегреческий философ Фалес Милетский (VII–VI века до н. э.) также умел рассчитывать даты затмений, опираясь, как полагают исследователи, на знания вавилонян и египтян. Аристотель несколькими веками позже использовал лунные затмения как доказательство шарообразности Земли: он исходил из формы тени, которую планета отбрасывает на спутник.

Особого внимания заслуживают достижения майя. В исследовании, опубликованном в октябре прошлого года в журнале Science Advances, археологи Джон Джастесон и Джастин Лоури из Университета штата Нью-Йорк показали, что майя разработали математическую модель лунного календаря, которая затем позволила им с высокой точностью предсказывать затмения. Учёные проанализировали Дрезденский кодекс — иероглифическую рукопись XI–XII века, копию более древнего текста. Содержащаяся в ней таблица с 69 датами новолуний, по мнению авторов, позволяла предсказывать солнечные затмения на протяжении более семи веков.

В средневековой Каталонии и Арагонской короне монархи также проявляли живой интерес к астрономии. В «Книге деяний» короля Хайме I упоминается затмение, наблюдавшееся в Монпелье: «...всё солнце закрыла луна, и можно было хорошо видеть семь звёзд на небе». Компьютерные расчёты подтвердили, что это произошло в пятницу 3 июня 1239 года. В 1290-е годы, при короле Хайме II, составлялись прогнозы затмений, а сам монарх владел латинским трактатом «Liber de eclipsi». Педро Церемонный в XIV веке поручил астрологам Пере Энгильберту и Дальмау Сеспланесу составить новые таблицы, рассчитанные по координатам Барселоны. Позже появились Перпиньянские таблицы 1361 года, созданные еврейским астрологом Яковом бен Давидом Бонжомом, — они позволяли точно определять солнечные и лунные затмения и были переведены с иврита на латынь, каталанский, греческий и испанский языки.

В мировой истории известен случай, когда затмение остановило войну. В 585 году до н. э., во время ожесточённого сражения между армиями лидийского царя Алиатта и мидийского царя Киаксара на реке Галис (ныне Кызылырмак) в Анатолии, произошло полное солнечное затмение. Обе стороны восприняли его как знак богов, недовольных войной, и внезапно прекратили битву, что привело к мирному договору.

В литературе затмения нередко служили символом рока. Уильям Шекспир в «Короле Лире» устами графа Глостера говорит: «Эти последние затмения Солнца и Луны не предвещают ничего хорошего». Однако его незаконный сын Эдмунд, воплощающий рациональное начало, называет эту идею глупостью и оправданием: «Мы делаем виновниками наших бедствий Солнце, Луну и звёзды», словно люди — «пьяницы, лжецы и прелюбодеи по вынужденному повелению планет». Ещё более категоричен Кассий в первом акте «Юлия Цезаря»: «Вина, дорогой Брут, не в звёздах, а в нас самих».

С развитием науки — от Коперника до Ньютона — расчёты затмений становились всё точнее. Сегодня компьютеры позволяют определить год, день, час, продолжительность и места видимости затмения на много лет вперёд. Как иронично замечает автор, теперь ни предсказанием затмения не спастись от жертвенного костра, ни астрономам не грозит участь древнекитайских звездочётов Хси и Хо, казнённых императором Чжун Каном за то, что не предсказали затмение 2137 года до н. э. — когда, по поверьям, дракон пожирал Солнце, а люди пытались отпугнуть его шумом.

Статья вышла в рамках серии материалов Diari ARA, посвящённых грядущему полному солнечному затмению, которое смогут наблюдать жители Каталонии.