Историк искусства и гастрономический критик Хорхе Гитиан (Jorge Guitián) выпустил книгу «Comer con los ojos. Un recorrido por el arte a través de la gastronomía» (издательство Espasa, 264 страницы), в которой на примере 31 живописного полотна, гравюры и одной скульптуры XII века показывает, как еда, кухня и всё, что с ними связано, отражают политику, торговлю, социальное расслоение, религию и моду разных эпох.
Отправной точкой книги стала фигура на Портике Славы собора Сантьяго-де-Компостела — шедевре Маэстро Матео, датированном 1188 годом. Среди осуждённых на арке Страшного суда изображён человек с раздутым животом, вгрызающийся в эмпанаду. По мнению Гитиана, это первое воспроизведение эмпанады в западной скульптуре и наглядная проповедь о грехе чревоугодия: грешник обречён вечно пытаться проглотить кусок, который ему не суждено съесть. Само присутствие эмпанады в галисийской скульптуре XII века, по словам автора, свидетельствует о том, что это блюдо, пришедшее из Восточного Средиземноморья или Центральной Азии, уже было широко распространено в регионе.
Гитиан разбирает и другие известные произведения. В натюрморте Виллема Кальфа «Bodegón con porcelana y copa nautilo» (1660) апельсин оказывается не просто фруктом, а символом геополитической борьбы: Нидерланды отвоевали у Португалии контроль над Ормузским проливом, чтобы обеспечить себя цитрусовыми, которые в северной Европе XVII века считались предметом роскоши. В картине Питера Брейгеля Старшего «Крестьянская свадьба» (1568) Гитиан идентифицирует жёлтое содержимое одиннадцати тарелок как заварной крем — вероятный свадебный десерт. Полотно Уильяма Орпена «Шеф-повар отеля Chatham, Париж» (1921) показывает, как менялся статус профессии повара на рубеже веков. А в «Советских хлебах» Ильи Машкова (1936) автор видит не просто натюрморт, а пропагандистский образ единства республик СССР через хлеб — несмотря на реальный голод в стране.
Отдельное внимание в книге уделено эволюции кухонного пространства. Как отмечает Гитиан, кухня долгое время оставалась подсобным помещением, и лишь с конца XVIII века, с появлением систематизированных руководств и профессионального обучения поваров, она начала превращаться в отдельное, специально оборудованное помещение с чугунными плитами, угольными топками и медной посудой.
«Мы склонны упускать из виду гастрономические детали в искусстве, — говорит Гитиан в интервью La Vanguardia. — Даже в работах антропологического характера редко углубляются в то, как и почему те или иные элементы еды оказываются в произведении». По его словам, зритель прошлого, возможно, не осознавал эти смыслы явно, но они были частью общего контекста эпохи.
Хорхе Гитиан, историк искусства по образованию, пишет о гастрономии с 2004 года и сотрудничает, в частности, с La Vanguardia. Его книга вышла в издательстве Espasa по цене 21,75 евро.