31 июля 2026 года, Барселона — Ровно 46 лет назад, весной 1980 года, Майами и весь округ Майами-Дейд столкнулись с беспрецедентным кризисом: за шесть месяцев в порт Мариэль и на побережье Флориды прибыли около 150 тысяч кубинских мигрантов. Как напоминает в своей исторической публикации La Vanguardia, этот исход, известный как «Исход Мариэля» (Éxodo del Mariel), привёл к коллапсу социальной, медицинской и образовательной инфраструктуры города, резкому росту преступности и многолетним судебным и политическим спорам между местными властями и федеральным правительством США.

Всё началось после того, как группа кубинцев ворвалась в посольство Перу в Гаване, и несколько тысяч человек укрылись в дипломатическом представительстве. В ответ Фидель Кастро заявил, что любой желающий может покинуть Кубу через порт Мариэль. Более того, в число отъезжающих были включены заключённые тюрем и пациенты психиатрических клиник. «Здесь им оставался только люмпен, и люмпен — это то, что мы им даём. Туда отправляются преступники», — заявил Кастро 1 мая 1980 года на площади Революции в Гаване.

Кубинская диаспора в Майами, поддержавшая так называемую «Флотилию свободы», отправила к берегам Кубы более 1700 судов самых разных типов. Администрация президента Джимми Картера обещала принять кубинских беженцев «с открытым сердцем и распростёртыми объятиями» — они получали статус беженцев. Одновременно в Майами хлынул поток мигрантов из Гаити (около 18 тысяч человек), которых, напротив, помещали в лагерь временного содержания в Кроум, считая нелегальными иммигрантами.

Население округа Майами-Дейд выросло на 20% за считанные месяцы. Школьная система была вынуждена принять 19 тысяч детей, не говорящих по-английски, а также 25 тысяч взрослых на программы обучения. По оценкам администрации школ, это обошлось в 32 миллиона долларов, из которых федеральный центр возместил лишь 12 миллионов. Общий объём некомпенсированных расходов округа достиг, по разным данным, 130 миллионов долларов.

Уровень убийств в Майами-Дейд вырос почти на 100% по сравнению с 1978 годом, а число убийств среди латиноамериканского населения увеличилось на 300% за шесть лет. Как отмечалось в докладе Большого жюри округа Майами-Дейд от 11 мая 1982 года, подготовленном под руководством будущего генерального прокурора США Джанет Рино, «поток иммигрантов был загрязнён, возможно, отравлен примесью заключённых и психически больных из тюрем и психбольниц Кастро». Журнал Time поместил на обложку коллаж из фотографий жертвы убийства, потребителя кокаина и вооружённого гражданина, а The New York Times назвал Майами «Южным Эллис-Айлендом» и сообщил, что оборот наркотрафика в южной Флориде достиг, по оценкам DEA, от 7 до 12 миллиардов долларов в год — примерно столько же приносил туризм.

Вместе с тем, как подчёркивается в докладе, три четверти мигрантов Мариэля сумели адаптироваться и найти работу. Многие посещали курсы английского языка и обладали востребованными техническими навыками. Однако оставшиеся 25% (около 25 тысяч человек) — в основном те, кто был выпущен из кубинских тюрем и психбольниц, — так и не интегрировались, создавая постоянную нагрузку на систему правосудия и социальные службы.

Губернатор Флориды демократ Боб Грэм в мае 1981 года обращался к иммиграционным комитетам Палаты представителей и Сената с жёстким предупреждением: «Мы не можем субсидировать несостоявшиеся иностранные общества и их нежелательных элементов политикой, которая даёт любому, кто ступит на песок пляжей Флориды, постоянную лицензию ходить по нашим улицам. Федеральное правительство не было готово соблюдать иммиграционные законы, когда прошлым летом в страну проникли нелегальные преступники-иностранцы, и теперь оно должно взять на себя ответственность за выдворение этих людей».

В итоге президент Картер объявил Флориду зоной стихийного бедствия, а Конгресс впоследствии сократил вдвое обещанную финансовую помощь, что вызвало новую волну критики со стороны местных властей. Исход Мариэля остаётся одним из самых драматичных эпизодов в истории кубинской миграции и наглядным примером того, как гуманитарный кризис может за считанные месяцы парализовать целый мегаполис.