Массовое проникновение тысяч молодых марокканцев в Сеуту в конце июля 2026 года — не стихийная миграционная волна, а продуманный политический и дипломатический ход Рабата. К такому выводу приходят эксперты, опрошенные каталонским изданием Ara.

Как отмечает в своей колонке глава международного отдела Francesc Millan, «на этом этапе было бы наивно игнорировать политическую, стратегическую и дипломатическую подоплёку образов, которые мы видели в четверг». Ситуация почти зеркально повторяет кризис 2021 года — один из самых серьёзных за восемь с лишним лет правления Педро Санчеса.

По мнению аналитиков, миграционное давление — одно из самых эффективных орудий в арсенале гибридной войны, с которым всё чаще сталкиваются европейские страны. Внешняя политика Испании, как и политика Евросоюза в целом, десятилетиями находится под влиянием этого фактора. «Испания и Европа должны понять, что геополитические зависимости и уязвимости сегодня обходятся гораздо дороже, чем десять лет назад, и ощущение беззащитности перед последующим шантажом во многих случаях реально», — пишет Millan.

Именно благодаря своему геополитическому положению Марокко было, есть и остаётся главным источником внешнего давления на испанскую политику. Рабат способен в любой момент спровоцировать миграционный кризис, который напрямую влияет на повестку Конгресса депутатов и, что ещё важнее, на то, как испанцы голосуют. Иммиграция, стигматизированная и инструментализированная по всему миру, стала крайне чувствительной темой для любого европейского правительства.

Какие именно причины стоят за нынешним кризисом, пока остаётся предметом спекуляций. Среди возможных версий — недавний визит Педро Санчеса в Алжир, давнего регионального соперника Марокко; законодательная инициатива о предоставлении испанского гражданства сахарцам, родившимся в то время, когда Западная Сахара была испанской колонией; а также возможное давление со стороны Израиля и США на Рабат. Не исключено, что речь идёт о сочетании всех этих факторов.

В Монклоа (резиденции главы испанского правительства) нередко повторяют, что отношения с Рабатом требуют обращения в шёлковых перчатках. Ссора с южным соседом почти всегда влекла за собой ответную реакцию. Кризис 2021 года разразился после того, как правительство Санчеса разрешило въезд в Испанию лидеру Фронта ПОЛИСАРИО по медицинским показаниям. А удивительное решение 2022 года поддержать марокканский план автономии для Западной Сахары можно понять только в контексте этой стратегии шантажа со стороны Рабата. Этот разворот остаётся самым спорным внешнеполитическим решением Санчеса.

«Марокко было, есть и, вероятно, будет главной непоследовательностью тщательно выстроенной и широко восхваляемой внешней политики правительства Педро Санчеса, которая как раз пытается основываться на последовательности», — отмечает Millan, подчёркивая, что этот тезис ему озвучили люди из самого близкого окружения испанского премьера.

«Карты есть карты, и соседи обречены всегда оставаться соседями. Пока Мадрид продолжает находиться в положении зависимости от Рабата в вопросах управления границей, Марокко будет оставаться криптонитом Испании», — заключает автор.