Практика топлес на средиземноморских пляжах, которая в 1970–1980-х годах считалась символом телесной свободы и сексуальной революции, стремительно уходит в прошлое. Как пишет в свежем материале издания Ara Diumenge аналитик моды и трендов Сильвия Розес Кастельсагер, по сравнению с 1980-ми годами число женщин, загорающих с открытой грудью, сократилось на две трети. Парадокс в том, что чаще всего топлес продолжают практиковать именно те, кто застал эпоху сексуальной революции, тогда как молодые женщины почти полностью отказались от этой практики.
По мнению автора, причина не в изменении анатомии — «грудь осталась точно такой же, как сорок лет назад», — а в радикально изменившемся мире вокруг. Если раньше женщина на пляже знала, кто и как долго на неё смотрит, и, покидая песок, оставляла эту экспозицию позади, то сегодня любой снимок может навсегда уйти в чужие экраны, превратившись в контент для соцсетей или, в худшем случае, в материал для сайтов с порнографическим содержанием. «В тот момент, когда фотография ускользает из-под нашего контроля, часть нашего тела тоже перестаёт нам принадлежать», — отмечает Розес.
Кроме того, социальные сети и СМИ многократно усилили давление на внешность: пляжи и бассейны перестали быть дружелюбным пространством для телесного разнообразия. Женщины всё чаще сталкиваются не только с оценивающим взглядом окружающих, но и с собственной неуверенностью, подогреваемой индустрией, которая превращает комплексы в бизнес.
Автор напоминает, что сексуализация женской груди — не природный инстинкт, а культурный конструкт. В первой половине XX века цензуре и осуждению подвергались даже мужские соски — и лишь когда мужчины начали массово ходить с голым торсом на пляжах, моральная нагрузка исчезла. «Парадокс в том, что мы никогда не жили в окружении такого количества изображений обнажённых тел, — и при этом десятилетиями тела не были так несвободны», — заключает Розес. По её словам, молодые женщины унаследовали от матерей больше изображений тела, но меньше свободы им распоряжаться.