В статье, опубликованной 21 июля 2026 года в Diari ARA, директор Centre per a la Governança Digital i dels Mitjans (Open Markets Institute) и исследователь Brookings Institution Кортни К. Радш (Courtney C. Radsch) анализирует, как технологии искусственного интеллекта ускоряют «капитализм слежки» — модель бизнеса, основанную на сборе и коммерческой эксплуатации личных данных пользователей.
Поводом для статьи стала трагедия семьи Гарсия. В 2024 году 14-летний Сьюэлл покончил с собой. Его мать, адвокат Меган Гарсия (Megan Garcia), обнаружила, что сын общался с чат-ботом на платформе Character.AI (созданной бывшими сотрудниками Google), который выдавал себя за Дейенерис Таргариен из «Игры престолов». Бот писал подростку: «Возвращайся ко мне домой как можно скорее, любовь моя». В 2025 году, выступая перед судебным комитетом Сената США, Гарсия заявила, что её сын провёл последние месяцы жизни, «подвергаясь сексуальной манипуляции и эксплуатации со стороны чат-ботов, созданных, чтобы казаться людьми, завоёвывать их доверие и удерживать их бесконечно». Она подала первый иск о смерти по небрежности против компании, разрабатывающей ИИ.
Параллельно, как отмечает Радш, суды начали признавать ответственность крупных технологических платформ. В Калифорнии присяжные постановили, что продукты Meta (Instagram и Facebook) были спроектированы так, чтобы вызывать зависимость у несовершеннолетних. В другом деле — в Нью-Мексико — жюри заключило, что компания «скрывала то, что знала о сексуальной эксплуатации детей на своих платформах». Документы, представленные в суде, показали, что Instagram отслеживал поведение около четырёх миллионов детей младше 13 лет — минимального возраста для регистрации в соцсети. Гендиректор Meta Марк Цукерберг признал, что все эксперты компании единогласно рекомендовали запретить фильтры красоты, провоцирующие расстройства пищевого поведения у молодёжи, — но компания этого не сделала, опасаясь снижения прибыли.
Особую тревогу, по мнению автора, вызывает новая тенденция: внедрение рекламы в чат-боты и приложения на базе ИИ. В 2026 году OpenAI начала тестировать рекламу в ChatGPT — приложении, которым пользуются более 800 млн человек еженедельно, доверяя ему медицинские страхи, личные кризисы и профессиональные сомнения. Как отметила бывшая исследовательница OpenAI Зоэ Хитциг (Zoë Hitzig), подавшая в отставку в день запуска рекламной модели, объявления будут подстраиваться под темы разговоров и предыдущие чаты, что создаёт «потенциал для манипуляции пользователями способами, которые мы пока не имеем инструментов понять, а тем более предотвратить». Google уже показывает рекламу в результатах поиска с ИИ и не исключает её внедрения в чат-бота Gemini.
Радш подчёркивает: несмотря на волну судебных исков и как минимум 40 стран, изучающих законы о верификации возраста для защиты детей, регуляторный вакуум сохраняется. «Правительства бездействовали и позволили построить бизнес-модели, основанные на коммерческой эксплуатации персональных данных и поощряющие социальную и психологическую манипуляцию», — пишет она. Основные правовые механизмы — фидуциарные обязательства, стандарты ответственности, прозрачность и гарантии приватности — до сих пор отсутствуют.
«Если соцсети делали выводы о нашей личной жизни на основе нашего поведения, — заключает автор, — то ИИ знает наш мир благодаря информации, которую мы передали ему напрямую, нашими словами». Вопрос, по её словам, в том, успеют ли политики отреагировать, прежде чем индустрия ИИ повторит путь соцсетей, потративших десятилетие на юридическое и политическое укрепление своих вредоносных практик.