Правительство Педро Санчеса представило графическую кампанию под названием DMOCRACIA, стилизованную под бренд уличной одежды (streetwear) и нацеленную на молодёжь. Как сообщает издание ARA Diumenge, инициатива приурочена к 50-летию восстановления демократии в Испании и сопровождается слоганом «Когда ты одеваешься, ты занимаешь позицию» («Cuando te vistes, te posicionas»).

Кампания, созданная дизайнером-графиком, а не профессиональным модельером, использует типичные для молодёжных брендов визуальные коды — логотип, напоминающий лейблы streetwear, и поддержку инфлюенсеров. По замыслу организаторов, такой подход должен приблизить понятие демократии к поколению, которое привыкло к языку моды и социальных сетей.

Однако реакция на DMOCRACIA оказалась неоднозначной. Аналитик моды и трендов Сильвия Розес Кастельсагер, автор статьи в ARA Diumenge, называет инициативу «неловкой» и сравнивает её с попыткой взрослого «слишком стараться выглядеть молодым». По её словам, эффект, которого добилась кампания, — это не интерес к демократии, а cringe (исп. vergonya aliena): смесь стыда и неловкости за происходящее.

«Трудно решить, смотрим ли мы на институциональную кампанию или на пародию гигантских масштабов», — пишет Розес. Она отмечает, что одежда действительно может быть политическим заявлением, но мода не насаждается сверху: «Люди носят не то, что предписывает правительство, а то, что рождается из сложной сети желаний, идентификаций и социальной динамики».

В статье также приводится историческая параллель: художник-неоклассицист Жак-Луи Давид в эпоху Французской революции пытался создать костюм «нового республиканского гражданина» с трёхцветными элементами и лозунгами, но проект не прижился. Единственный пример успешного насаждения моды «сверху», по мнению автора, — это костюм Мао (Чжуншаньчжуан) в Китае, где он утверждался под жёстким давлением режима.

Кампания DMOCRACIA, по мнению Розес, рискует остаться в истории не как эффективный инструмент просвещения, а как пример того, как не надо говорить с молодёжью: «Единственный консенсус, который она породит, — это консенсус вокруг чувства неловкости».