Колумнист и делегат La Vanguardia в Валенсии Сальвадор Энгикс (Salvador Enguix) опубликовал 16 июля 2026 года резонансную колонку, в которой комментирует недавний приговор брату председателя правительства Испании Педро Санчеса — Давиду Санчесу (David Sánchez), осуждённому по делу о «энчуфе» (enchufe — устройство на должность по знакомству, без конкурса). Автор утверждает, что, хотя каждый волен по-своему оценивать судебное решение, процесс открыл новое поле для политической конфронтации в и без того поляризованном обществе.
Энгикс подчёркивает, что практика назначения родственников, друзей и однопартийцев на должности в государственных администрациях широко распространена по всей Испании и не является прерогативой какой-либо одной политической силы. «Если мы принимаем подозрение, не доказанное в суде, что Давид Санчес был "энчуфадо", достаточно взглянуть на список родственников, друзей и соседей, "устроенных" в различные администрации, чтобы убедиться: вручить тёплое местечко за кровное родство, личные отношения или дружбу с начальником — вполне обычная практика на наших землях», — пишет журналист.
По его словам, он может назвать «два десятка имён, мужчин и женщин», чьё место в администрации Валенсийского сообщества и в ряде крупных городских советов объясняется исключительно семейными, личными или партийными связями с тем или иным лидером — при этом никаких жалоб или судебных разбирательств по этим случаям не было. Автор оговаривается, что не ставит под сомнение профессионализм таких назначенцев, но указывает: их заслуга для занятия должности была оценена исключительно «по воле начальства», а не по объективным критериям.
Энгикс обращает внимание на то, что журналисты часто знают, кто займёт определённую должность, ещё до официального объявления, а когда прогноз не сбывается — почти всегда из-за того, что политик потерял доверие к изначально намеченному кандидату, а не из-за объективной оценки способностей. «Достаточно взглянуть на бесконечный список доверенных должностей в Женералитате Валенсии, в каталонском Женералитате, в Мадридском сообществе или в крупных испанских городских советах», — отмечает он.
Журналист также указывает на вопиющее неравенство в оплате: советник муниципалитета Валенсии может зарабатывать больше, чем консельер (министр) правительства Валенсийского сообщества, при этом не неся политической ответственности и не подвергаясь публичному износу, связанному с управлением департаментом с тысячами сотрудников и миллионными бюджетами.
По наблюдению Энгикса, каждая новая власть обещает сократить аппарат советников, считая его излишними расходами, но через несколько месяцев расширяет его, зачастую превосходя численность, доставшуюся от предшественников. «Так поступают все — и левые, и правые», — констатирует он, добавляя, что при смене власти журналисты уже заранее знают, кто из бывших советников найдёт новое место, будь то у PSPV, PP, Compromís или Vox.
«Я не оспариваю приговор Давиду Санчесу и ответственность, которую суд усмотрел в его деле. Но мне кажется непропорциональным превращать конкретный эпизод в великое национальное дело, закрывая глаза на систему дискреционных назначений, которая нормально функционировала десятилетиями, — пишет Энгикс. — Если бы решили применить тот же уровень проверки ко всем аналогичным случаям, испещрившим политическую жизнь Испании, список был бы таким длинным, что судам хватило бы работы до следующего века». Колумнист заключает: «Возможно, тогда мы обнаружили бы, что настоящая проблема никогда не была в одном-единственном "энчуфадо", а в том, что мы в конечном счёте приняли "энчуфе" как ещё одну форму осуществления власти».