Барселона, 15 июня 2026. Бывший директор Национального института токсикологии и судебной медицины Испании (2019–2024), генетик-криминалист Антонио Алонсо (Antonio Alonso) выпускает книгу La huella invisible («Невидимый след», издательство Crítica), в которой рассказывает, как анализ ДНК изменил ход испанского правосудия. В интервью Diari ARA учёный, вышедший на пенсию, вспоминает самые громкие дела своей карьеры — от первых жертв «антитеррористических групп освобождения» (ГАЛ) до терактов 11 марта 2004 года в Мадриде и эксгумации останков жертв Гражданской войны в Кельгамуросе (бывшее Долина Павших).

Алонсо лично работал с останками Хосе Антонио Ласы и Хесуса Сабалы — двух молодых людей, похищенных и убитых ГАЛ в 1983 году. Их тела, залитые негашёной известью, нашли в Аликанте ещё в 1985-м, но опознать удалось только спустя десятилетие с помощью ДНК. «Негашёная известь, вступая в реакцию с тканями, высушила их и затормозила разложение — это помогло сохранить останки и одновременно стало уликой против исполнителей», — поясняет учёный. Он признаётся, что до сих пор не понимает, почему суд не квалифицировал действия ГАЛ как пытки: «Нам, специалистам, казалось, что улики были более чем очевидны».

Самой тяжёлой ночью в своей карьере Алонсо называет работу после взрывов в мадридских электричках 11 марта 2004 года (11-M). «Я не патологоанатом, я работаю в лаборатории, — говорит он. — Впервые мне пришлось лицом к лицу столкнуться со смертью — и сразу с чудовищным числом жертв в условиях, к которым ни один профессионал не готов». По его словам, из-за беспрецедентного масштаба трагедии идентификацию поначалу вели по отпечаткам пальцев, но затем возникли сложности с сопоставлением фрагментов тел. Это привело к разработке нового национального протокола координации при массовых катастрофах. ДНК террористов, взорвавших себя в Леганесе, помогли восстановить всю цепочку их передвижений.

Особое место в книге занимает катастрофа самолёта Як-42 под Трабзоном (Турция) в 2003 году, которую Алонсо называет «историей бесчестья». Из 62 погибших военных, возвращавшихся из Афганистана, 30 не были опознаны. «Гробы заполняли наугад и писали имена без всякой идентификации, — вспоминает он. — Это делали генерал, командир и капитан над собственными товарищами». Правительство Хосе Марии Аснара (Народная партия) скрывало правду от семей; вскрыть её удалось только после смены власти в 2004 году. В некоторых гробах обнаружили останки трёх разных людей.

Разбирая работу ДНК в бытовых преступлениях, Алонсо приводит резонансное дело об убийстве мужчины и его восьмилетней дочери в Альмонте (Уэльва). Главным подозреваемым стал любовник жены погибшего — его ДНК нашли на полотенцах в доме. Однако эксперт показал, что сперма или вагинальная жидкость могла попасть на полотенца при стирке в одной машине. «Ключом были полотенца, — подчёркивает Алонсо. — Любой честный эксперт скажет присяжным, что нельзя исключать загрязнения в стиральной машине. Сегодня всё легче определить, кому принадлежит ДНК, но гораздо труднее — как и когда она туда попала».

Учёный напоминает, что ДНК может переноситься через рукопожатие, объятия или даже просто близкий разговор — и значит, генетический материал может оказаться на месте, где его обладатель никогда не был. «Поэтому контекст имеет решающее значение», — резюмирует Алонсо.

В книге также затронуты знаменитое британское дело Колина Питчфорка (первое в мире раскрытие убийства по ДНК), опознание жертв Гражданской войны по «ящику 198» в Кельгамуросе (около 33 000 костных останков из братских могил Авилы, перевезённых туда в 1959 году) и ошибки в идентификации имён по Y-хромосоме в деле Инмакулады Артеаги (Сьюдад-Реаль). «Гуманитарная наука не разбирает сторон, — говорит Алонсо. — Для неё существуют только люди, чьё достоинство было попрано, и необходимость похоронить своих мертвецов и пережить траур».