Британский экономист Тим Джексон (Tim Jackson, 1957), профессор-эмерит Суррейского университета и автор книг «Построст» и «Экономика заботы», дал интервью изданию La Vanguardia, в котором подверг резкой критике господствующий миф о непрерывном экономическом росте. Беседа была приурочена к выходу его новой книги L'economia de la cura («Экономика заботы», каталанское издательство Arcàdia; на испанском книга появится в октябре 2026 года в Paidós).
Что, где, когда — 13 июля 2026 года в Барселоне вышло интервью, в котором Джексон объясняет, почему одержимость ростом ведёт к кризису здоровья, экологии и социальной справедливости.
По словам Джексона, миф о бесконечном росте, движимый «мужскими» ценностями продуктивности и эффективности, «сегодня сильнее, чем когда-либо», и без него политики и элиты уже не умеют ориентироваться в мире. Экономист связывает с этим мифом возрождение крайне правых настроений, войны и территориальные споры: «Часть ответственности лежит на неолиберальных идеалах влиятельных кругов, которые теперь называют "классом Эпштейна" — группы людей, контролирующих власть и богатство, включая правительство, и использующих их для наращивания собственного могущества».
Экономист призывает заменить культ роста «экономикой заботы». Он поясняет: «Наше представление о росте понимает процветание как богатство и накопление. Но настоящая модель процветания — это здоровье: физическое, психическое, общественное, экологическое. Здоровье никогда не работает через накопление — его принцип — равновесие».
Джексон подчёркивает, что «идея иметь всё больше и больше — опасна»: когда у человека нет достатка, стремление к большему оправдано, но «одержимость накоплением разрушает точку равновесия, точку "достаточно"».
Особое внимание он уделяет гендерному аспекту заботы. «Более 70% оплачиваемой работы по уходу в мире и ещё большая доля неоплачиваемой выполняется женщинами, — напоминает экономист. — Эта работа была низведена до положения менее важной, но забота настолько фундаментальна для нашей жизни, что мы всегда должны были достойно её вознаграждать».
Джексон также критикует то, как капитализм «взламывает» человеческие нейролимбические системы: пищевая промышленность намеренно нанимает нейроучёных, чтобы создавать продукты, вызывающие дофаминовую зависимость, что, по его словам, привело к «эпидемии хронических болезней, не имеющей аналогов в истории». Фармацевтическая индустрия, по его мнению, тоже превратила здоровье в источник прибыли — «лекарства от болезней, которые сама же и создаёт».
Отвечая на вопрос, изменилось ли что-то после кризиса 2008 года и пандемии, Джексон констатирует: первоначальный протест — Occupy, «индигнадос» — был исчерпан политикой жёсткой экономии, а освободившееся пространство занял популизм. «У нас не было хлеба, но был цирк. Соцсети, Netflix, бесконечные сериалы, бесконечная параферналия знаменитостей. Ирония в том, что опустошение оппозиции неолиберализму породило популизм». Сейчас, по его словам, маятник качнулся в сторону насилия, и задача общества — создать «противосилу», вернув заботе её центральное место в экономической и социальной политике.